Чаще всего она вспоминала ливень по дороге из Ангры, когда Нанду был вынужден посадить вертолет. Тогда он еще боялся ее, а она уже знала, что для нее нет никого на свете дороже…
Они целовались тогда как безумные. Промокли до нитки, и он вытирал ее словно маленькую девочку, так заботливо, так нежно. И тогда она ему доверилась, поняла, что они будут непременно счастливы. Поняла, что такое счастье. Счастье – это чувствовать себя в добрых, ласковых, сильных руках, таких надежных, таких уверенных.
Она слышала голос Нанду, чувствовала кожей его кожу, помнила его объятия, его поцелуи, их взаимную страсть и всей силой этой страсти надеялась, что он должен выйти – сейчас! Сейчас же! Как можно быстрее!
Стоило ей подумать о встрече, как ее начинало колотить будто в лихорадке, и она понимала, что может умереть от любви.
«Я сильная, сильная!» – твердила себе тоненькая красивая девушка в темных очках, которая вела светлый автомобиль, выбирая окраинные улицы, где было меньше движения. Она ехала наугад, только чтобы ехать. Вперед, вперед, двигаться, двигаться – только в этом было сейчас ее спасение. Она и представить себе не могла, что снова окажется в четырех стенах своей спальни и снова будет кусать подушку в немом отчаянии и ярости.
А город готовился к ежегодному карнавалу. Каждый квартал украшал свои улицы по-своему. Уже развесили цветные фонарики на деревьях, светящиеся гирлянды оплели дома. Здесь рабочие выкладывали картину из цветов, там прилаживали яркие рекламные щиты с танцующими красотками. Дуновение веселого праздника доносилось до Милены вместе с душистым запахом цветов, беспечным смехом из окон, зажигательной музыкой. Еще вчера она сжалась бы, чувствуя себя чужой в этом радостном предвкушении веселья. Но сейчас и в этой будоражащей суете она видела счастливое предзнаменование – ее Нанду скоро отпустят! Отпустят! Отпустят!
Долго еще она кружила по ночному Рио. Вышла у порта на набережной и застыла, глядя на мерно работающий океан, который не уставая гнал и гнал к берегу темные волны.
Вглядываясь в него, вбирая его ритм, она словно бы сливалась с океаном, проникалась его энергией.
«Как давно я не была в Ангре, – подумала она. – Мы же с Нанду земноводные, и неизвестно, где нам лучше – в воде или на суше. Начало всему положил тот ливень, а потом ослепительное море Ангры… Мы поедем туда вместе, любимый! Только вместе!»
Атилиу не скрывал от Элены, что обедал в ресторане с Изабел. Элена подходила к телефону, когда Атилиу звонила Бранка, и говорила своим самым чарующим голосом.
– Тебя соблазнительница-обольстительница, – звала она мужа, а он смеялся.
Невольно вспоминала Элена и недовольство Тадиньи. «Эта ваша Флавия, – ворчала служанка, – положила глаз на вашего мужа. Никогда ей не прощу, что в ваше отсутствие она ему банки с консервами открывала и виски с содовой подавала, а смотрела при этом так, что сеньор Атилиу не знал, куда ему деваться».
Словом, вокруг Атилиу по-прежнему вился женский хоровод, и Элена прекрасно понимала, что, если она и в дальнейшем будет отказываться от приглашений мужа пообедать или провести в ресторане вечерок, у него всегда будет какая-нибудь компания и рано или поздно появится и ощутимый результат этих вечеров.
Когда Атилиу вновь пригласил ее вечером в ресторан, она ответила, что пойдет с удовольствием.
Атилиу так по-детски обрадовался, что Элене сделалось даже стыдно, что она обделяет мужа столькими радостями. Обделяет и в большом, и в малом. Но все-таки она верила в их любовь, которая преодолеет любые трудности.
На радостях Атилиу пригласил с ними и Эдуарду, и Леу, а где Леу, там и Катарина. Леу позвал еще и Милену, так что в ресторан отправилась целая компания, собираясь отлично повеселиться.
Как только Атилиу вошел в прохладный уютный зал, Элена сразу поняла – он здесь завсегдатай: к нему сразу же подошел метрдотель, удобно разместил их, понимающе покивал насчет меню.
– Видно, ты часто бывал здесь раньше, – сказала она, опустившись на атласный диванчик и любуясь изысканным букетом на столе.
– Я и сейчас здесь часто бываю, – отозвался Атилиу, – мы с Арналду решаем тут все самые важные вопросы. Народу не слишком много, кухня изысканная, и всегда можно послушать хорошую музыку.
И действительно, оркестр заиграл необыкновенно приятную мелодию. Элена с благодарностью посмотрела на мужа – как она была не права, когда усталостью и головной болью отговаривалась от таких приятных вечеров!..
– Я опять и опять отдаю должное твоему вкусу, – ласково сказала она.
– Ты его оценишь по достоинству только тогда, когда попробуешь те блюда, которые я для вас закажу, и особенно вина.
И Атилиу пошел с метрдотелем выбирать бутылки собственноручно.
Анита, которая пришла с Сезаром отпраздновать в этот ресторан годовщину их знакомства, повернула голову и увидела шагающего по ковровой дорожке Атилиу, а позади него, в углу, профиль Эдуарды. Настроение у нее сразу испортилось.
– По-моему, мы уже достаточно посидели, – сказала она Сезару, – может, нам пора домой?
