Атилиу делал вид, будто читает газету, а сам исподволь наблюдал за Эленой. Он любил ее вдумчивые мягкие движения, сияющую темноту глаз, ее… Да что перебирать? Он просто любил эту женщину, пугливую и бесстрашную, способную на самые непредвиденные поступки, влекущую, неожиданную. У него было много женщин. Каждую он любил, каждой по-своему восхищался, и все они рано или поздно становились предсказуемыми. Все, но не Элена. После того как Атилиу пережил болевой шок, гнев, негодование, обиду, он вдруг почувствовал что-то вроде благоговения перед этой слабой женщиной, которая вступила в борьбу с судьбой, с самим Господом Богом и – что самое удивительное – победила! Кроме сына, она сумела подарить ему многочисленную семью: дочь, зятя, внуков. Его окружил целый хоровод молодежи, к нему липли и за него цеплялись малыши. Юных он мог одарить советом и деньгами, желторотиков – сластями и лаской. Жизнь его наконец наполнилась до краев и он почувствовал себя счастливым. И все благодаря Элене…
Сейчас они собирались на крестины к Леу. Атилиу гордился своим внуком. Катарина, самая хорошенькая женщина Рио, родила крепыша, которого назвали в честь деда Атилиу, и вот сегодня наконец его крестины.
Элена уже оделась, положила в сумку подарок – футляр с серебряной ложкой, красные пинетки и вдруг занялась поисками. Выдвинула один ящик, другой, старательно в них копалась. Атилиу не спрашивал, что она потеряла. И не торопил ее. Он понимал: она ждет звонка от Эдуарды, надеется, что дочка все-таки выберется на семейный праздник.
А у Эдуарды заболели близнецы. Они всегда болели вместе: сыпь, порезы, насморк, зубы, прыщи у них появлялись одновременно, и весь дом тогда погружался в панику и беспокойство. Малыши пошли упрямством в Лауру, а необузданностью – в Марселу и могли прореветь целые сутки, если что-то им оказывалось не по нраву. Девочка была похожа на отца, сын на мать, но обожали они Эдуарду. Только она могла с ними управиться, они беспрекословно ее слушались, дорожа ее лаской.
Звонка не было. Стало быть, доктор подтвердил опасения Эдуарды – у близнецов свинка; и значит, ей не меньше чем на две недели придется засесть дома, а Элене с Атилиу придется забрать к себе Марселинью, чтобы он не заразился. Мальчикам болеть свинкой ни к чему. Вот о чем думали Элена и Атилиу, без слов понимая друг друга.
Что ж, после крестин они заедут к Эдуарде и заберут Марселинью к себе.
Марселинью был у них частым гостем. Марселу и Эдуарда объяснили ему, что у него две мамы и два папы, и он звал старших не дедушка и бабушка, а папа Атилиу и мама Элена. И пока был слишком мал, чтобы интересоваться, почему это так. Вокруг него были любимые и любящие люди, и он просто радовался жизни, чувствуя себя под надежной защитой.
– Мы не опаздываем? – спросила Элена, садясь в машину.
– Приедем минута в минуту, – успокоил ее Атилиу.
Он вел машину так спокойно, так уверенно, что Элена всегда наслаждалась их совместными поездками. Да и вообще с тех пор, как Атилиу к ней вернулся, ее не покидало чувство удивительного счастья. Каждый день она благодарила за него Господа и не верила, что возможно быть до такой степени веселой, спокойной и радостной.
На протяжении многих лет она одна принимала все жизненно важные решения, отвечая за себя и за дочь. Многого боялась, часто чувствовала себя неуверенной. А теперь с ней рядом был муж, умный надежный друг, который подставил ей плечо, который привык брать на себя все тяготы жизни и рядом с которым она наконец почувствовала свою слабость как достоинство, а не как недостаток.
Много перемен произошло в их жизни за этот год. После того как Атилиу расстался с Флавией и вернулся к Элене, подруги перестали быть подругами. Это случилось само собой, естественно, без объяснений и взаимных обид. Просто существовавшее до некоторых пор единство разрушилось, а значит, стала невозможной и их совместная работа. По взаимной договоренности они ликвидировали фирму, и Элена с Атилиу стали работать вместе. И надо сказать, весьма успешно. Секретарем у них осталась все та же Анинья, но Атилиу подумывал о том, чтобы расширить штат, так как заказов становилось все больше и больше.
Надежды Марселу на сотрудничество с Атилиу не осуществились. Атилиу счел, и, наверное, правильно, что молодые должны действовать самостоятельно, на свой страх и риск, у них другая хватка, другой стиль. Марселу не привык работать под началом у кого бы то ни было, а Атилиу незачем было идти в подручные к Марселу. Та ложная ситуация, в которой Атилиу волей-неволей очутился, работая в фирме Арналду, была результатом его сложных долголетних взаимоотношений с семейством Моту. Но теперь, когда все тайное стало явным и узлы развязались, можно было говорить обо всем напрямую.
