Ещё о ком я подумывал, как о своём возможном спутнике при переходе через Портал, это Шкода. Гигантский кошак стал настоящим членом нашей семьи и мне не хотелось его терять.
От окончательного решения меня останавливало лишь осознание того, что после перехода через Портал мы можем попасть на планету, где нет животных, похожих на миунов. А это, знаете ли… нехорошо. Что за жизнь без женщин⁈
И если я иду на риск осознанно, то Шкоду-то я спросить не могу и это будет только моя ответственность. Ничего окончательно не решив, я отложил этот вопрос до прибытия в Аристи.
Не знаю, как старый миун почувствовал, когда и куда я прибуду, но Шкода меня ждал прямо на пристани. Как это можно объяснить? Я не знаю. В этот день миун не отходил от меня ни на шаг и, уже укладываясь спать, я наконец решился забрать его с собой.
Шкода улёгся рядом с моей кроватью и глядел на меня своими янтарными глазами, пока я не заснул. Первое, что я увидел, проснувшись, это лежащее рядом с кроватью тело старого миуна.
Он умер ночью, мирно положив голову на передние лапы. Как я понимаю, он ждал меня, чтобы проститься перед смертью. Проклятье! Я задержался в Аристи ещё на один день: похоронил миуна рядом с семейной усыпальницей, а затем напился, как сапожник.
Будучи уже опытным «попаданцем», ещё раз проверил готовность к походу через Линейские болота: крепкая и удобная одежда, такого же качества сапоги; стёганый поддоспешник, набитый конским волосом, и подшлемник, изготовленные ещё на Земле; охотничий нож в чехле.
В комплект вооружения выбрал: лёгкую кольчугу, шлем-ерихонку, круглый деревянный щит, окованный по краю металлом, защитные перчатки, пехотное копьё, топорик, вакидзаси и сякэны в удобных кармашках, прикреплённых к передней части кольчуги.
В заплечный мешок уложил: смену белья и портянок; запас пеммикана; мешочек с солью и перцем; огниво; моток ниток со швейными иглами; набор рыболовных крючков и лесок; раскладную линейку с транспортиром; писчие принадлежности и блокнот с записями на русском языке, куда, после перехода на Этерру, записал всё, что вспомнил полезного.
Не забыл зубные щётку и порошок, опасную бритву, небольшое металлическое зеркальце, набор для ухода за оружием и медицинскую аптечку со жгутом, угольным фильтром, перевязочным и хирургическим шовным материалом. Конечно, биофаги — это здорово, но даже с ними зашитая и перевязанная рана заживёт быстрее.
Уж точно не оставит таких страшных шрамов, какой не так давно красовался на моей роже. Слава Предкам, он уже не выглядит так отталкивающе. Наверное, иногда и время лечит, а не только биофаги.
В самой глубине мешка, как настоящий хомяк, припрятал солидный кошель, набитый серебром и золотом. Туда же вложил несколько драгоценных камней, замотанных в отдельную тряпицу.
К мешку прикрепил скатанный в тугой рулон плащ, моток веревки и гамак. На мешок, чтобы не забыть, положил наполненную чуть подсолённой водой флягу. Перед выходом надену её на пояс.
Кстати, гамак — нужная «попаданцу» вещь. Рекомендую! Хочешь — как лежанку используй. Хочешь — как бредень для ловли рыбы. А хочешь — устраивай из него ловушку для птиц. Ещё один пример, как я силён задним умом: с Земли-то не догадался с собой гамак взять. Только на Этерре эта идея в голову пришла!
— Милорд, мы на месте! — раздался из-за двери каюты громкий крик Мабона и я, оставив вещи, быстро вышел из каюты.
Пришли! За бортом, на недалёком от нашего струга берегу, отлично была видна горка камней, которую я оставил здесь в качестве ориентира в уже далёком 535 круге Новой эпохи.
А вон и вешки из кейгела видны, которыми отмечена дорога к Порталу через эти чёртовы болота. Самое подходящее дерево для этих целей! С виду неказистое: низкорослое, с искривлёнными стволом и ветками. Но чуть ли не вечное!
Кейгел почти не подвержен гниению, а насекомые-вредители на нём встречаются чрезвычайно редко. Наверное, это дерево стало бы самым популярным материалом для столяров и плотников, если бы не его малые размеры, кривые формы и невозможность его обработки из-за громадной прочности.
Зато для вешек кейгел — самое то! Нашёл хорошее место, воткнул и забыл. Ничего с ними не сделается, не сгниёт даже в болоте. За эти круги жизни даже ни разу не пришлось вешки подновлять. Повезло мне, что кейгел именно здесь растёт. Его ареал — это приморская зона до 5 километров от берега.
— Причаливаем к берегу! — отдал я команду шкиперу и повернулся к Мабону. — Высаживаемся. После высадки пусть абордажники вместе с экипажем оборудуют стоянку.
— Свою группу, что отобрал для моего сопровождения, проверь после высадки лично. Как убедишься в готовности, сразу выходим, — уточнил я задачу командиру гвардейцев. — Ещё и полудня нет, так что мы за сегодня успеем немало отмахать по этим сраным болотам.
— Да, милорд! — громыхнул кулаком по груди Мабон.
Я не стал давать какие-то объяснения и устраивать долгие прощания. Зачем себя и людей лишний раз мучить? Коротко пожелал остающимся на берегу удачи и вместе с группой сопровождения двинулся к краю болота, отмеченному вешками кейгела.
