Это мастер меча из Вестерии, который сначала был нанят милордом, как его личный учитель фехтования на полуторном мече. А потом барон решил вопрос, чтобы баронет Нейде обучал и некоторых других воинов.
В том числе были кирасиры и ряд аристийских дворян, в состав которых входил и молодой Мабон Кедрик. Ох и ругался этот Дайре! Все у него индюшарами побывали, пока сражаться не научились. Невзирая на происхождение.
А на берегу в очередной раз все пришло к обычному итогу. Барон, совершенно невредимый, стоит на ногах, а его стонущие соперники валяются на траве. И ведь это не новички, а опытные бойцы, которых отобрали для этого похода специально.
А, нет! Вру! Есть отличия от привычной всем картины. Командир гвардии не сразу обратил внимание, что его сюзерен тяжело дышит, с трудом восстанавливая дыхание. Вон и промок весь.
Раньше, после любой тренировки, барон возвращался в нормальное состояние чуть ли не моментально. Да при такой погоде он бы даже не вспотел! Эх, все-таки обычный человек, только очень сильный и выносливый. Никакого чуда.
— Эй! Лео, Джозо! Вы что столбами встали, бездельники⁈ На завтра у вас все готово⁈ — резкий окрик барона к своим оруженосцам моментально привел в себя Мабона, выдернув из раздумий. — Завтра перед отплытием проверю у вас вооружение и экипировку. И про Вито с Данко не забудьте, за молодёжь тоже с вас спрошу.
«Та-ак, это и мне намек. Надо всех бойцов проверить», — Мабон прекрасно знал своего сюзерена, поэтому у него даже мысли не возникло, чтобы ослабить контроль за подчиненными.
Конрадайн прильнула к слуховому отверстию, внимательно вслушиваясь в разговор своего единственного сына — короля Варнии Дориана II и хетского графа. И королеве-матери категорически не нравилось то, что она слышала.
Что сын, что ее покойный муж, почему-то считали, что она не знает о сети тайных ходов, пронизывающих стены дворца. Но Конрадайн о них знала, просто не афишировала свое знание.
Дворец просто изобиловал скрытыми от глаз ходами и помещениями. Сеть секретных проходов выводила к рабочим кабинетам и спальным покоям дворца. Существовал подземный ход, который вёл из дворца в подвал одного из городских домов.
А еще в некоторых помещениях были построены скрытые комнаты для охраны. В том же тронном зале, во время приёмов, за подданными короля и его гостями через узкие бойницы следили арбалетчики.
Не сказать, что королева была любительницей подслушивать. Ей было свойственно обычное женское любопытство, не более того. На счастье Варнии, Конрадайн была хорошей королевой.
Но после того, как она передала власть своему сыну, ей пришлось заниматься этим некрасивым делом, чтобы держать руку на пульсе того, что происходит в королевстве. Всё дело в том, что Дориан не оправдал возлагаемых на него ожиданий.
До уровня своего покойного отца, Экора IV, он не дотянулся и сейчас всем было предельно ясно, что и не дотянется. Ни решительности отца, ни мудрости матери в нем не оказалось.
У Дориана не хватало ума, чтобы прислушиваться к советам матери или хотя бы подобрать себе хороших помощников. Капризный и распущенный молодой король вообще не желал слушать ничьих советов.
К сожалению, оба его сына, Экор и Отто, очень похожи на своего отца. А, учитывая их возраст, одиннадцать и девять кругов жизни соответственно, они вообще несносны для окружающих.
При таком раскладе будущее династии Немантидов еще больше пугало королеву-мать. И не только ее, но и многих варнийских аристократов. Особенно жаль этих мелких принцев.
И ведь в начале, когда за их воспитанием следила мать, королева Изольда, они росли нормальными детьми. Да и сама невестка радовала начинающую стареть Конрадайн.
В жены для сына выбрали принцессу королевства Эсфальд, юго-западного соседа Варнии. Во всех смыслах, это оказалось удачным решением. После свадьбы отношения между соседними государствами значительно укрепились, а сама принцесса оказалась прекрасной девушкой — умной, воспитанной и хорошо образованной.
Правда, нельзя сказать, что Изольда была красавицей, но точно не дурнушкой. Она стала прекрасной женой, а затем и хорошей королевой. Затем родила мужу двух здоровых сыновей, что вызвало восторг у всех подданных.
А затем случилась страшная трагедия — Изольда умерла при странных обстоятельствах. Неожиданная и скоротечная болезнь, а затем смерть. И смерть эта по своим симптомам была очень похожа на смерть от отравления.
Поведение Дориана лишь подтверждало подозрения. Молодой король никак не походил на убитого горем мужа. Это было видно всем, включая эсфальдских дипломатов.
Дориан II не выдержал приличествующего по времени траура и ударился во все тяжкие: алкоголь, фаворитки, охота и полное устранение от государственных дел. Родители Изольды, правители Эсфальда, были в ярости.
Никакие сказки о внезапной болезни их не смогли обмануть. Сказать, что добрососедские отношения между двумя государствами были разрушены, значит ничего не сказать.
