Сзади нарастает гул, перераставший в рев разъяренного зверя. Снежная стена несется вниз, сметая все на своем пути. Я почувствовала, как холодный воздух от ее приближения пронизывает меня насквозь.
Ноа крикнул что-то, но ветер заглушил его слова.
Если до этого расстояние между людьми в отряде было примерно одинаковое, то теперь всё изменилось.
Я отстала, как и Маршалл, что помог мне удержать равновесие, когда я споткнулась о камень, спрятанный под снегом.
Отстал и Хант, что повалился на снег и даже проскользил по нему в сторону, вниз. К нему на помощь кинулся Ашер и та женщина, помогая подняться, когда другие поторопились, а мы с Маршаллом оказались неподалеку от них.
Маршалл тоже собрался спустить и помочь, но проскользил ногой и упал, когда я крикнула:
– Маршалл!
Женщина и я помогли ему в тот момент, когда Ашер и Хант оказались рядом.
– …!!! – не разобрала слов, лишь поняла, что это прокричал кто-то другой.
В следующую секунду ощутила первый снег, что сразу же сбил с ног.
Меня потащило прямо вниз.
Снег бьет в лицо, забивается под одежду, лишая возможности дышать. Отчаянно попыталась зацепиться за что-нибудь, но пальцы только скользят по ледяной крошке, не находя опоры. Вокруг творится хаос: белая пелена, оглушительный рев и ощущение собственной беспомощности.
Меня несколько раз переворачивает, и я ударяюсь о что-то, пока скольжу вместе со снегом, который уже везде. Рюкзак соскальзывает с плеч и пропадает в снегу.
В какой-то момент чувствую, как меня пытаются схватить за руку, но не выходит. Я ничего не вижу, однако тоже пытаюсь схватиться за человека, словно это мой спасительный круг.
Ещё пара мгновений и сильные пальцы сжимают мою ладонь, а после вообще как-то умудряются притянуть и обнять, пока мы продолжаем стремительно двигаться вниз.
Я знаю, что это Ашер.
Наши тела ещё множество раз переворачивает, и я затылком ударяюсь о острый выступ, отключаюсь, кажись, на мгновение. Правда, понимаю, что прошло больше времени, когда больше не чувствую потока лавины.
Открываю глаза и вижу, что нас забросило на небольшой выступ скалы.
Ашер принимает положение сидя, когда я пытаюсь справиться с головной болью и звездочками перед глазами. Кажется, он что-то говорит, но у меня не получается разобрать слова.
С трудом перевожу дыхание, откашливаясь и сплевывая снег.
Приподнимаюсь на локтях и переворачиваюсь набок.
Оглядываюсь вокруг, пытаясь найти остальных.
Никого.
Вокруг лишь один сплошной снег.
Сердце сжимается от ужаса. Где остальные?
Ашер появляется в поле моего зрения и придерживает меня за руку, когда я пытаюсь подняться, плохо совладая со своим телом.
– Ничего не сломано?
– Нет, – отрицательно качаю головой и морщусь из-за очередной вспышки боли, – вроде бы, нет. Только голова…
Касаюсь пальцами затылка и вижу свежую кровь.
Он помогает мне подняться, и я благодарно опираюсь на его плечо, правда не дает идти, а усаживает в другое место, после чего снимает рюкзак со своих плеч и достает оттуда аптечку.
Ликтор делает все быстро, обрабатывая рану, когда до меня медленно доходит, что я лишилась и рюкзака, и шапки. Только это волнует не так, как остальное.
Где Маршалл, Хант и та женщина? А другие? Им удалось добраться до безопасного места?
Вижу лишь заснеженную пустыню вокруг нас.
Ашер заматывает бинт на моей голове и надевает капюшон, когда я смотрю на него, не вовремя вспомнив о том, как он также рядом оказался, когда я упала в разлом во время землетрясения.
– Тогда в тот раз… в том городе, когда было землетрясение, ты спас меня, Ашер?
Смотрю прямо в его глаза, когда задаю этот вопрос, на который он так и не отвечает. Но это и не требуется, я всё вижу по глазам.
Тогда я считала это случайностью и везением, даже не предполагала, что Ашер мог… кинуться вслед за мной в тот разлом и закрыть меня специально собой.
Тихий вздох срывается с моих губ.
Этот факт, словно ледяной ветер, пронизывает меня насквозь.
Сжимаю губы, понимая, что человек передо мной рисковал жизнью ради меня больше, чем я могла себе представить.
Я не спрашиваю у него, почему он так поступил. Зачем ему это и прочее. Почему? Не знаю. Вероятно, боюсь узнать ответ.
– Нужно идти, – вырывает из размышлений его голос. – Ноа и остальные должны быть в относительной безопасности, чего не скажешь о других. Они могут быть где угодно. Пойдем вдоль скалы, может, найдем их. Скоро начнет темнеть и нам нужно будет найти укрытие. Что-то подобное может повториться.
Сердце сжимается от ужаса, когда я понимаю, что мы можем и не найти остальных… Они могут быть заживо погребены под толщи снега. Но я выдаю кивок, понимая, что оставаться здесь бесполезно.
Идем.
Ноги ватные, и каждый шаг отзывается болью в висках. Мы медленно продвигаемся вперед, вдоль каменной стены.
Тишина давит на уши, прерываемая лишь свистом ветра. Он пронизывает насквозь, заставляя дрожать всем телом.
Ашер то и дело поглядывает на меня, в этот раз идет рядом и удерживает каждый раз, когда я оступаюсь, делая это всё чаще.
