— Адрес и досье — это просто, такие персоны разложены по полочкам в базах данных ФСБ. Остальное… Мне понятно задание.
В тот же день, получив сведения от Смолина, Хойланд поехал по адресу. Адмирал в отставке жил в новом, построенном по специальному проекту доме, заказанном и оплаченном группой богатых российских бизнесменов. Сейчас Орлов должен был отсутствовать, но Хойланду требовалось удостовериться. Он мог позвонить в офис Орлова по мобильному телефону, но не хотел настораживать того загадочным звонком. Он вошел в подъезд. Если Орлов все-таки дома, что же, поговорим…
В просторном холле прохаживались крепкие парни.
— Вы к кому? — остановил Хойланда один из них.
— К господину Орлову, в четвертую квартиру.
— Александра Дмитриевича нет, будет вечером, часов в девять. Что передать, кто приходил?
— Из газеты «Коммерсант дейли». Я хотел взять у него небольшое интервью.
— Вы договаривались заранее?
— Конкретно нет, но…
— Тогда вам лучше позвонить в его офис и согласовать время и место. Телефон дать?
— Спасибо, у меня есть.
Хойланд вышел из подъезда, обогнул дом и посмотрел на окна квартиры Орлова на втором этаже. Забраться туда будет нетрудно — водосточная труба, плющ, украшения на стене, заранее изученные по схеме Смолина, представляют собой отличные опоры, а деревья и декоративные кустарники, также отмеченные на схеме, скроют Хойланда от глаз прохожих. Домработница приходит в другие дни, а семьи у Орлова нет.
Он без труда вскарабкался к угловому окну второго этажа. О системе сигнализации ему подробно доложил Смолин, Хойланд знал такие системы и справился с ней легко. Просунув руку в форточку, он нащупал шпингалет и распахнул окно.
Из кухни он прошел в гостиную через короткий сводчатый коридор, отделанный плиткой под красный мрамор. Особой роскошью апартаменты Орлова не отличались, но все здесь дышало солидностью и покоем. Хойланд сел за письменный стол в кабинете и запустил компьютер, но там были только коммерческие данные и деловые контакты, чего, собственно, он и ожидал. Он выключил компьютер и занялся содержимым ящиков стола. Там он нашел несколько писем. Хойланд вынимал их из конвертов и почти сразу вкладывал обратно, видя, что они не представляют для него интереса. Но в письме из Норвегии, написанном от руки, а не на компьютере, как другие, в глаза бросилось имя «Бэрнелл».
— Так, любопытно, — пробормотал Хойланд.
Он перечитал письмо дважды. Да, это более чем любопытно… Теперь крайне важно выяснить, как поступит Орлов. Если он поедет в Норвегию, Хойланд постарается его опередить, если нет — поедет вместо него.
Сложив письма в прежнем порядке и задвинув ящик, Хойланд покинул квартиру тем же путем, каким попал в нее.
Вечером Смолин представил ему свой доклад. Помимо прочего, в процессе сбора сведений об Орлове он установил, что тот получил норвежскую визу и заказал билет на самолет.
— Я вылетаю в Норвегию, — сказал Хойланд.
Город Гамвик (скорее разросшийся поселок) расположен на севере Норвегии, в двадцати милях восточнее мыса Нордкин, на побережье между фьордами Порсангер и Варангер. Население едва превышает десять тысяч человек, погода, как правило, ужасная. Но именно погодные капризы и дикая природа вокруг привлекают туристов из числа любителей первозданных ощущений. Для них в городе существуют три отеля (один — «Миерон Хоф» — довольно приличный) и причал для катеров и яхт, которые можно арендовать в агентстве «Альта Тур». Так как плавание в Баренцевом море у норвежских берегов даже летом нельзя считать безопасным, туристы вносят страховой взнос и подписывают бумагу, освобождающую агентство от ответственности в случае возможных инцидентов. Железнодорожного и регулярного воздушного сообщения Гамвика с центральными областями страны нет, и добраться до города, к примеру, из Осло можно лишь на перекладных: поездом до Феуске, оттуда самолетом местной линии до Лаксэльва или Кунеса, а дальше — как повезет: автобусом по тряской дороге, попутной машиной, а иногда и вертолетом, если отыщется достаточно сумасшедший пилот, чтобы рискнуть садиться в Гамвике под шквальным ветром в непосредственной близости скал. Хойланд выехал в Буде экспрессом через Тронхейм, а там разыскал-таки безумного вертолетчика, заломившего несусветную цену.
Посадка в Гамвике прошла благополучно. Поеживаясь от холода в легком летнем костюме, Хойланд направился к отелю «Миерон Хоф». Сориентироваться помог полицейский, немного говоривший по-английски.
Ярко освещенный отель выглядел теплым островком уюта среди неприветливых, основательных каменных домов. Подойдя к портье (этот не может не знать английского, иначе как он общается с туристами?), Хойланд поздоровался и сказал:
— У вас должно быть письмо для господина Орлова.
— Да, сэр. Но меня предупредили, что вручить его вам следует завтра в тринадцать часов, господин Орлов. К сожалению…
— Я не Орлов, — перебил Хойланд и показал удостоверение Федерального бюро по борьбе с наркотиками.
— Понятно, — нахмурился портье. — Вы имеете право на перлюстрацию частной корреспонденции?..
