— Подлетаем, — в наушниках раздался голос бортинженера. — Время — двадцать минут. Метеорологическая обстановка в норме, дождевой фронт с северо-востока накроет аэродром через полтора часа.
«Успеваем, — подумал Велимир. — Нет ничего хуже в нашем положении попасть в непогоду. Интересно, Назаров подготовился?»
Он старался не думать, как будет выплачивать долг жизни, если отец поднимется на ноги. С Никиты станется вогнать род Шереметевых в такую кабалу, что легче начать войну. Но не такой же идиот Назаров, чтобы играть с огнём.
И опять молодой княжич ощущал раздвоенность своих мыслей. Один поток стремился найти изъяны в договоре с противником, а другой упрямо молил о спасении отца любыми способами. Велимир посмотрел на равнодушное лицо старшего брата.
«А вот тебе, дружище, некая задача. Будь я на месте Сашки, рвался ли бы так помочь умирающему отцу? Не лучше ли было оставить всё как есть и дождаться, когда место Главы Рода освободится естественным образом? Технично и изящно, без всяких подозрений со стороны родичей. Хм, а не этого ли добивался братец? Но тогда ему сами боги велели горячо соглашаться со мной, а он рогом упёрся. Нет, не хочу даже думать, с какими соблазнами сейчас борется Сашка».
Желудок неожиданно рванул вверх от резкого снижения. Юркий коптер накренился на левый бок, совершая манёвр, и вышел прямо на посадочную площадку, оборудованную неподалеку от бетонной полосы и стояночного «кармана», где застыли две серебристых тушки магистральных самолётов.
Коптер завис над ярким красно-жёлтым кругом, похожим на мишень, и медленно опустился точно в центр. Ещё две минуты лопасти со свистом рассекали воздух, пока не замерли, оглушая неожиданной тишиной. Один из пилотов распахнул дверь, и Велимир вдохнул в себя полынную горечь, перемешанную с влажными запахами надвигающегося дождя. Он торопливо выскочил наружу и увидел подъезжающий микроавтобус, в котором должны были транспортировать отца. Четыре массивных внедорожника застыли неподалеку; Велимир разглядел на их боках герб Назаровых, и самого владельца этого герба, неторопливо идущего в его сторону.
Пока носилки осторожно спускали с борта, рядом с княжичем встал старший брат. Никита подошёл к ним, быстро мазнул взглядом по серому лицу Василия Юрьевича и протянул руку Сашке.
— С прибытием. Сочувствую о случившемся.
— Спасибо, — наследник пожал его руку.
— Велимир…
— Никита…
И снова обмен рукопожатиями. Без эмоций, без лишних слов. Пока всё шло нормально. Молча проследили за погрузкой носилок в микроавтобус. Как только один из санитаров закрыл дверь, Никита прервал молчание:
— Капсула готова, не будем тянуть время. Вы с отцом?
— Да, пожалуй, — ответил Александр.
— Тогда отпускаем вертолёт?
— Но как же… — старший брат замялся.
— Если всё закончится благополучно, ваш отец самолично вернётся домой, — улыбнулся Никита, поняв, о чём думает Александр. — Причём, на своём транспорте.
— Я сам скажу, — Велимир направился к медикам, сопровождавшим Василия Юрьевича. Действительно, пусть летят домой, нет смысла держать дорогостоящую технику непонятно сколько времени, когда в ней могут нуждаться другие.
До города они доехали довольно быстро. Передний «Вихрь» с проблесковым маячком на крыше расчищал путь, поэтому на территорию «Изумруда» они въезжали уже через двадцать минут. Возле многоэтажного корпуса стояли несколько человек в белых халатах. К своему удивлению, Велимир узнал среди них графа Апраксина, профессора Кошкина, а в хорошенькой девушке — ту самую Ольгу, с которой однажды беседовал в машине. С тех пор её отношение к нему совсем не улучшилось. Вон как зло зыркнула, но сдержалась.
Незнакомый мужчина с пшеничными усами, завитыми на кончиках как у приснопамятного барона Мюнхгаузена, изображённого на гравюрах девятнадцатого века, что-то сказал двум широкоплечим парням, и те подбежали к микроавтобусу, чтобы вытащить носилки.
— Аккуратнее, — пробурчал Александр, разминая ноги. Он вместе с братом подошёл к Апраксину. — Здравствуйте, Даниил Алексеевич! Мое почтение, профессор! Не ожидал вас здесь увидеть.
— Случай неординарный, поэтому я решил лично спасать вашего батюшку, — Кошкин представил незнакомого мужчину. — Доктор Богданов Юрий Аристархович, специалист по обслуживанию биокапсулы. Ольга Викторовна, моя помощница и разработчица методики биомагического лечения.
— Я о вас где-то слышал, — наследник аккуратно сжал тонкие и чувствительные пальчики строгой девицы.
— Немудрено, — Ольга Викторовна бросила неприязненный взгляд на Велимира. — Нам довелось однажды пересечься с вашим младшим братом. Возможно, вы от него и услышали моё имя.
— Разве? — Александр вдруг распушился как павлин перед павой. — Он никогда не рассказывал об этом случае.
Велимир лишь поморщился. Извиняться перед надменной девицей, которой благоволил сам Кошкин, он не собирался. Тем более, ничего жуткого не произошло, кровь не пил, кожу с живой не снимал. Ну, попугал слегка…
— Артём Данилович, когда начнётся лечение? — Александр тем временем сбросил с себя меланхоличность, внезапно став деятельным.
