— Я переживаю, что госсекретарь может попасть в ловушку, — впервые в голосе незнакомца, так и не представившегося, появились нотки беспокойства. — Ордосу известно, кто выдвинул сеньора Гросси на высший пост вместо Борджиа. Лорды хотят через него воздействовать на Папу или же шантажом выявить все русские связи.
— Но это лишь ваши предположения, — добавил Григорий Степанович.
— Мои, — не стал отрицать связник. — Но я его помощник, умею по косвенным признакам сводить разрозненные нити в логическую цепочку.
— Ну, хорошо. Каждое суждение имеет право на жизнь. Передайте нашу благодарность сеньору Гросси за помощь.
— А… с ним ничего не случится? — заволновался мужчина.
— Если он не будет двадцать пятого торопиться с приездом в Барреа, то… — Тургенев усмехнулся, — можете не беспокоиться.
— В таком случае, разрешите покинуть вас, — собеседник положил под чашку деньги и встал. Энергично кивнул и через пару минут скрылся за углом кофейни.
Тургенев подозвал к себе официантку, улыбнулся ей и традиционно расплатился с чаевыми. Направился он совершенно в другую сторону, не видя разочарованного взгляда девушки. Первого секретаря посольства волновали другие вещи, не связанные с женской красотой и желанием пофлиртовать. До назначенной встречи оставалось десять дней, следовало поторопиться передать информацию Сумарокову. Успеет ли агентура подготовиться к акции? Тургенев очень хотел, чтобы усилия всего дипломатического корпуса не пропали втуне. Слишком серьёзная и опасная игра пошла на чужой территории, чтобы еще и проколоться самым неподобающим образом.
Сонная нега небольшого городка, уютно расположившегося возле вытянутого вдоль гористого берега озера Ларго ди Баррео разорвалась от рёва мчащегося по прибрежной улице «Фиата» цвета «мокрый асфальт». Машина проскочила небольшие уютные домики, окружённые цветущими апельсиновыми деревьями, распугивая греющихся на полуденном солнце кошек, и свернула к трёхэтажной вилле с двумя открытыми террасами. Подкатив к мощным чугунным воротам с гербом рода Сфорца, «Фиат» остановился, пофыркивая словно лошадь после долгой скачки. Охрана, состоящая из трёх крепких мужчин в серых одинаковых костюмах, с интересом ждала продолжения. Водитель не торопился выходить, и даже имел наглость посигналить, дескать, пропускайте меня!
— Бессмертный, что ли? — удивился один из охранников и на всякий случай расстегнул клапан кобуры, откуда торчала рубчатая рукоять «беретты». — Антонио, возьми этого придурка на контроль. Вздумает пушку вытащить, бей на поражение.
— Принял, Карлос, — кивнул напарник, которого назвали Антонио.
Они оба вышли наружу, а третий охранник переместился левее, выбирая для себя свободный сектор наблюдения. Карлос тем временем настороженно остановился возле водительской дверцы, постучал по окошку костяшками пальцев. Сидевший внутри незнакомец не стал опускать стекло, а просто вышел наружу. Карлос отшатнулся, а Антонио напрягся от увиденного, с трудом сглотнув комок, вставший в горле.
Первый вопрос, который пришёл каждому в голову, как эта гора мяса и мышц весом не менее ста пятидесяти килограмм не раздавила хрупкий на вид «Фиат». Но замешательство тут же прошло, и охранники включили свои профессиональные навыки, оценивая остальные риски, исходя из опасности, которую мог представить незнакомец.
Мужчине, вылезшему из рокочущего «Фиата», можно было дать тридцать пять-сорок лет. На мизинце левой руки блестело массивное кольцо с бриллиантом, никак не меньше трех карат; на правом безымянном находился довольно интересный перстень из серебра с какими-то завитушками, идущими вокруг драгоценного камня, то ли рубина, то ли граната, Антонио слабо разбирался в подобных вещах. Но перстень, даже по его дилетантской оценке, стоил огромного состояния. Мощное запястье правой руки обхватывал дорогущий золотой Ролекс. Великолепный костюм от Бриони сидел на толстяке так органично, словно тот родился в нём. Белоснежная рубашка оттеняла легкую смуглость лица. Туфли от Артиоли невыносимо блестели на солнце лакированной кожей. Антонио мог поклясться, что и трусы у парня тоже от Бриони или даже Зенья. Забавный тип, выпендриваться любит.
Чёрные как вороново крыло волосы у него коротко подстрижены и завиваются в жёсткие мелкие кудряшки. Лицо излучает доброжелательность, но глубоко посаженные глаза очень внимательно окидывают диспозицию, которую образовали охранники.
— Эй, парни, а чего это вы такие напряжённые? — ухмыльнулся он, поднимая руки на уровне плеч, демонстрируя доброжелательность. — Я Дино Тинари из семьи Бруно. Меня послали к графу Сфорца передать одно важное сообщение. Гонцов так не встречают.
— Так давай сюда письмо, и проваливай, — Карлос пришёл в себя, но на всякий случай отступил на пару шагов, чтобы эта махина не вздумала броситься на него и зашибить одним ударом.
— Хе-хе! — покачал Дино пальцем-сосиской в воздухе. — Письмо в голове, так что придётся вам провести меня к милорду.
