— Мы знаем, — небрежно отмахнулся от новости Азат. — Пусть бьются головой о несокрушимую стену. Шереметевых уговорить, чтобы отступились от чего-то — дорого заплатишь. Отцу известно, что Адашевы будут просить как можно быстрее закончить строительство терминала. Мы же хотим войти в долю.
— Даже так? — удивился Велимир, ожидавший чего угодно, даже угроз, но не такого. — Вам какой резон вкладываться в чужой терминал на чужой территории? Или есть что-то такое, о чём мы не знаем?
— Нет-нет, никаких тайн, — выставил перед собой ладони Азат. На мизинце тускло блеснуло массивное кольцо, причём, не золотое, а из чернёного серебра и с огранённым рубином в центре. — Урусовы хотят выйти на европейский рынок. Пора расширяться, завоёвывать мир.
Сказав это, Азат широко улыбнулся, как будто хотел показать, что сказанное — всего лишь шутка, но с намёком.
— А чем Восток не устраивает? — хмыкнул Велимир, подтягивая к себе глиняный горшочек. Ловко сковырнув запечённое тесто с горловины, он втянул в себя ароматный запах азу, и сразу же зачерпнул ложкой густое варево. Пока оценивал блюдо, ждал ответа собеседника.
— Восток никуда не денется, — беспечно бросил Азат. — У нас сильные позиции в Дамаске, Тегеране, Багдаде. Ты же знаешь, Велимир, чем занимается клан Урусовых: архитектура, проектирование зданий, ландшафтов. Мы входим в число крупнейших генеральных подрядчиков не только в России, но и в Персии, Турции. Отели, заводы, элитные конференц-залы.
— Да, это прекрасно, — кивнул Шереметев, наслаждаясь вкусом азу по-татарски. — Допустим, я понимаю, зачем вам Европа. Но при чём здесь мой отец? Он-то каким образом сможет посодействовать вам? Моя семья занимается международными авиаперевозками, ну и чуть-чуть морскими грузами, логистикой товаров. У нас разные интересы.
— Что и нужно, — улыбнулся Азат и щелкнул пальцем. Тут же дверца отворилась, в кабинку заглянул услужливый официант в безупречном костюме. — Шашлык готов?
— Да, светлый княжич. Изволите подавать?
— Конечно. Негоже гостя томить. Давай побыстрее.
Официант исчез, а казанец разлил по бокалам вино.
— То, что ваш Род занимает очень выгодную нишу, очень выгодно нам, — вполголоса произнес Азат. — Отец настоятельно просил узнать мнение уважаемого Василия Юрьевича, насколько реально выйти на европейский рынок. Я понимаю, что мы оба ничего сейчас не решаем, а только пытаемся навести мосты между нашими семьями.
— Азат, а тебе не кажется странным, почему Адашевы напрямую обратились к отцу, а уважаемый Садри Ахметович отказался от посланника в Петербург? Вот мне это очень не нравится, — Велимир покосился на официанта, внесшего на огромном блюде несколько шампуров с одуряюще пахнущим шашлыком из баранины. Прикрытый сверху свежим лавашем и зеленью, он уже выглядел аппетитно, ещё не побывав во рту. Несмотря на съеденный плов, в животе княжича заурчало.
— Кушайте на здоровье, — официант, не задерживаясь, выскользнул из кабинки.
— Нас проверяют, — пожал плечами Азат и оторвав от лаваша большой кусок, сбросил на него с шампура куски сочащегося мяса. Вилкой зацепил один и окунул в аджику.
— Зачем? — дождавшись, когда казанец прожует, спросил Велимир. Он пытался понять логику Урусовых и отца, но не находил подходящего ответа. Всё было покрыто мраком.
— Чтобы понять, можем ли мы, несмотря на сложившиеся противоречия в бизнесе, найти правильное решение и выработать стратегию будущего сотрудничества, — Азат как будто находился на экзамене, произнося эту речь. Явно подготовленную, не экспромт. — Можно ли доверять дела наследникам, ну и… кто знает, вдруг между нами возникнет дружба.
— Так себе версия, — вздохнул Велимир и тоже занялся шашлыком. Барашек просто таял на языке, а «Астафа» привносила в букет вкусов своё очарование. Умел Азат удивить в тонкостях угощения, ничего не скажешь. — Но я тебя выслушал, сын Садри, и обязательно передам пожелание вашего Рода отцу. Поэтому в следующий раз стол за мной. Нам же ещё раз придется встретиться.
— Хорошо, сын Василия, — в тон ответил смеющийся Азат. — Буду с нетерпением ждать ответа, каков бы он ни был.
Через несколько минут, когда гастрономический голод был окончательно утолён, Шереметев спросил:
— Ты упомянул о бизнесе в Дамаске, Тегеране… Скажи, не пересекались ли ваши интересы с интересами Назаровых?
— Назаровы? — наморщил лоб Азат. — Подожди, ты не про «текстильного барона» речь ведёшь? «Назаровские мануфактуры», верно?
— Текстильный барон? — усмехнулся Велимир, удивляясь, как ловко подметил Азат торгашескую сущность Никитки. — Ну да, это он и есть.
— Нет, мы не соприкасаемся, — для наглядности Урусов развел указательные пальцы по сторонам. — У нас очень серьёзные дела, а текстиль — это баловство. Несопоставимы размеры, я так скажу. Отец, если захочет, купит все предприятия Назарова на корню и не поморщится.
— Даже «Изумруд» и «Гранит»? — весело спросил Велимир.
