Заур, предпочитал брать бет, поэтому, принимая, он покорял альфу, до последнего не уступая инициативу, не желая быть снизу, взнуздав супруга, как непокорного скакуна, омега измотал его бесконечными отсрочками, насаживался на мужа, умело меняя ритм и угол проникновения, продлевая пытку до алых всполохов перед глазами Гийома. Перед тем, как уйти в сцепку, Заур перевернулся на бок, соблазнительно выгибаясь и закидывая стройную ножку на бедро мужа, прижимая его к себе. Альфа окончательно потерял контроль над ситуацией, вбиваясь в доступную глубину. Соединяясь с омегой, он чуть было всё не испортил, уловив, в отражении проклятых зеркал, торжествующий взгляд Заура. Его накрыла волна злости на собственное поражение, он всегда был лидером в любовном поединке, это омеги, бессильно скулили, отдавая себя ему – АЛЬФЕ! Уже примеряясь к беззащитной шее омеги, сглатывая накопившуюся слюну, он почувствовал сильные руки, удерживающие его со спины, тихий шёпот, обжёг мочку уха: «Не смей!» - рыкнул Кайл, запрещая метить Заура без его согласия, не позволяя разрушить хрупкие мостки доверия. Голос брата отрезвил, не позволил совершить непоправимое проклятыми клыками, что ныли, оставшись без цели. Кайл подсунул запястье, отдавая себя на растерзание и, Гийом впился, вгрызаясь в родную плоть. Брат всю сцепку удерживал Гийома со спины одной рукой, принимая гнев и обиду альфы, оберегая Заура, спасая их брак.
Позднее, за закрытыми дверями тренировочного зала, Кайл долго «вправлял мозги» брату, сдирая кожу с его напыщенной гордости, обнажая души, убеждая и уговаривая. А ночью, его гордый брат, не отрывая глаз от Гийома, предложил Зауру себя. Омега смутился, сравнивая их габариты, но шальное пламя взметнулось в его зрачках, превращая их в вертикальные щели. Он взял, предложенное бетой тело, а также его душу и сердце. Одаривая нежностью, лаская и зажигая Кайла, начал их танец, это, между омегой и альфой был поединок. Сейчас Заура вела страсть, подчиняя партнёра ритму его желания. Кайл смотрел на брата, пока хватало сил, он учил отдаваться, принимать мужа таким, каков он есть, со всеми его тайнами, проблемами и сюрпризами. А Гийом завидовал, желая познать на своём теле нежность губ и страсть рук омеги и, дикая, в своё невозможности мысль, мелькнула, пропадая…..возможно, только возможно, когда-нибудь…
Когда, в свои права вошёл цикл, заставляя следовать извечному ритму желания, оголяя натянутые струной нервы, требуя единения с омегой. Они выпали из привычного ритма, на три дня и бессонные ночи.
Пауль… Гийом, не задумываясь о последствиях, дал своё разрешение на посещение омегой Илизиума. Он видел, насколько мальчик устал, заметил глаза, не желающие смотреть с вызовом, скрывающие правду под завесой длинных ресниц. Отпустил, надеясь на то, что если между детьми произошла размолвка, короткая разлука отрезвит, остудит жар молодых голов.
Как же он жалел о своём решении! Заур, в отличие от сына, не упрекнул, не позволил излиться своему гневу. Он ушёл, погрузившись под воду, оседлав морское чудовище. И то, что в империи, считалось детской забавой, оказалось основой планетарной безопасности Илизиума, ни один спутник не будет контролировать перемещение подводных тварей! Порой, за каждый метр планеты, идут ожесточённые бои. Когда, орбитальные спутники в руках захватчиков, практически, нет возможности перекинуть войска на позиции незаметно. На Илизиуме каждый, КАЖДЫЙ воин – всадник мордрака!
Заур тяжело отходил от яда мордрака, они с братом испугались за здоровье супруга, омега, едва оправившись, пояснил действие антидота, развеяв их опасения. Гийом поинтересовался у врачей о влияния яда желёз мордрака на эмбрион, Заур краснея и закипая от возмущения, ну не привык он выставлять свою личную жизнь напоказ, поддерживаемый медиками, разгромил его теорию, прочитав целую лекцию о препаратах, выпускаемых на основе яда мордраков, для беременных. Ну, не ужас морских глубин, а полезный домашний зверёк!
Только, когда Пауль вернулся, они немного отдохнули, позволив себе расслабиться, чтобы вновь потерять.
Пауль, когда мальчик, из ненавистного рода Вэнслоу, взятый силой кровник, стал для Гийома частью семьи? Спасая Дерека, ценой собственного здоровья?
Пауль, носивший под сердцем его внука, не навигатор, столь необходимый империи, а просто омега, потерявший ребёнка, с застывшими, так и не пролитыми, слезами в глазах. Это не мальчик, а они все, потеряли наследника дома Аринских и тот, кто посмел покуситься на омегу, объявил войну герцогам, потому что Пауль – теперь и навеки, как и Дерек, ЕГО сын!
Империя превыше всего! Нет, не империя, семья – величайшая ценность во всех вселенных!
========== Глава двадцать шестая ==========
