Это что-то новенькое! Руслан очень редко, практически никогда не признает своих ошибок. Будет молчать, менять тему разговора, но не скажет, что виноват. И я видела, как тяжело ему сейчас далось это признание.
– Ладно, – сжалилась я, – что было, то прошло. Тебе достаточно было просто извиниться, совершенно не обязательно приносить мне компенсацию.
– Компенсацию? – не понял майор.
– Вот эти твои пачки пятитысячных купюр, – я кивнула на розовый свёрток.
Мужчины рассуждают просто: потратила лучшие годы – получи денежную компенсацию. Потому что годы вернуть невозможно, а вот деньги – пожалуйста. Мужская логика.
Руслан уставился на свёрток, как будто впервые его видел.
– Это не тебе, – медленно сказал он, – я же говорю, это взятка. Чтобы я больше не беспокоил уважаемого человека.
– Неужели ты веришь, что я способна кого-то шантажировать? Да еще с твоей помощью? Мы расстались вообще-то. Придумал бы что-нибудь более реалистичное.
– Согласен, шантаж – это не твоя стихия.
– Вот-вот. Впрочем… – задумалась я. – С твоей стороны очень мило сделать такой подарок. Деньги мне сейчас очень пригодятся. Адвокаты нынче дороги. Этот Сидоров Марк Давидович, которого ты мне посоветовал, запросил такой космический гонорар!
Майор взвесил в руке пачки денег.
– Не многовато тут для адвоката?
– У меня есть и другие траты. Я хотела устроить скромную свадьбу, потому что денег не было, но теперь можно шикануть и заказать ресторан, живую музыку, салют!
– Я уже женат, – напомнил Руслан, с опаской глядя на меня.
– С чем тебя и поздравляю. Думаешь, ты один мужчина на всём белом свете? На Земле миллиарды свободных мужчин! Вот за одного из них я скоро выхожу замуж. Если точнее, то через месяц у меня свадьба! – выпалила я и счастливо рассмеялась.
Я смеялась и не могла остановиться. Как же здорово, Влад хотел праздника, и он его получит! Я радовалась за Влада, радовалась за себя, радовалась за всех наших многочисленных гостей. Конечно же Искра забудет обиду и придёт на свадьбу, я лично приглашу ее и попрошу испечь свадебный торт!
– Я даже согласна каждый день готовить диетические блюда, вот как я сейчас счастлива!
Я смеялась и кружилась по комнате под звуки воображаемого вальса. Радость переполняла меня.
Майор буравил меня подозрительным взглядом, потом сказал:
– Знаешь, Лютикова, у меня есть знакомый врач-психиатр, я тебе сброшу его контакты. Очень грамотный специалист. Искренне рекомендую.
– Зачем мне психиатр? – с радостной улыбкой спросила я.
– Ну, это он так по должности называется – психиатр, а на самом деле он психолог. Очень чуткий собеседник. Внимательно тебя выслушает, пропишет какие-нибудь лёгкие антидепрессанты. Всё-таки жизнь – тяжёлая штука, у всех нас иногда бывают срывы…
– Жизнь – отличная штука! – воскликнула я. – Просто отличная!
– Хотя тебе, наверное, больше нужны успокоительные… – пробормотал Руслан. – Пожалуй, я пойду. – Он повернулся к двери.
– Эй, компенсацию оставь! – напомнила я.
– Я же сказал, что это взятка.
Вот ведь упёртый тип! Зачем-то придумал дурацкий шантаж и держится за свою версию.
– Ты уже не боишься, что коллеги-следователи разорвут тебя на куски? – хитро прищурилась я.
Майор помялся секунду, потом протянул свёрток:
– Ладно, забирай.
– Кстати, а сколько тут денег?
– Не знаю, я к ним не прикасался. Возможно, купюры помечены.
– Это еще как?
– Обработаны специальным порошком, чтобы пометить взятку. Он активируется при контакте с кожей. Просто предупреждаю.
– И что, у меня руки станут фиолетовыми? – насмешливо спросила я.
– Нет, зелёными, – серьёзно ответил майор. – И ничем не отмоются шесть месяцев.
У Руслана и раньше с чувством юмора был напряг, а уж теперь, когда он стал семейным человеком, от него и подавно не стоило ждать искромётных шуток.
Ночь я провела за подсчётом денег. Ну, собственно, тут справился бы и школьник, купюры были в банковской опечатке, в одной пачке сто банкнот, а в пакете всего десять пачек. Получается пять миллионов рублей.
Я возбуждённо наматывала круги по квартире. Пять! Миллионов! Рублей! Я поднимала руки к потолку и шептала: «Спасибо, Господи!», хотя непонятно, каким образом он поучаствовал в этом подарке судьбы. И еще я задавалась вопросом: откуда у Руслана столько денег? Вряд ли накопил с оклада. Неужели Супроткин действительно пользуется своим служебным положением и берёт взятки? Возможно, данный свёрток – это очередная взятка, в которой майор заподозрил подставу. Уничтожать деньги глупо, вот он и кинул их мне с барского плеча.
Я все-таки поверила Руслану и решила распотрошить каждую пачку, вдруг красящий порошок спрятан где-то внутри. Надев светлые кожаные перчатки, я сорвала банковские ленты и вывалила деньги кучей на пол. Перебрала каждую купюру, но перчатки не окрасились. Возможно, краска проявляется только при контакте с кожей живого человека.
