Следующим утром, прибыв к сараю, он нашёл там остывшую тарелку с яйцами и колбасой. Он чувствовал, что в доме его родителей было два человека, но один из них был новым, Хэйли Банкс. Она, наверное, пришла домой с его матерью. Алана Тэнника не было. «Он, наверное, ещё день или два будет не в форме для возвращения домой».
Тирион ждал, сидя в дальней части сарая до середины утра, когда появились две телеги из Колна. Ими правили Том Хэйс и его сын, Астон, и каждая из них была тяжело нагружена древесиной. Тирион вышел навстречу, когда они подъехали ко дворе.
— Даниэл, — сказал Мистер Хэйс, небрежно приветствуя его, и робко кивая.
У них с сыном был такой вид, будто они предпочли бы в этот миг находиться где угодно, только не здесь.
Тирион холодно уставился на них в ответ:
— Зови меня Тирион.
— Прости, Тирион, — нервно ответил Том, дела полупоклон. — Где нам разгрузить телеги?
— Просто уйдите с дороги, — сказал он им.
Сфокусировав свой разум, он создал щит под нагруженным на каждую телегу деревом, и с их помощью поднял весь груз за один раз. Обе телеги опустели менее чем за полминуты, а их содержимое теперь лежало на земле рядом с сараем.
Астон со страхом наблюдал за ним взглядом, напоминавшим Тириону о только что побитой собаке. «Я что, так же выглядел после того, как Тиллмэйриас выдавал мне свои воспитательные наказания?». Он решил, что так, наверное, и было.
— Можете идти, — небрежно сказал он. — Просто помните о том, что я сказал вчера.
Они убрались так быстро, как только могли двигаться два человека, не бегущие и не понукающие кнутом упряжки лошадей до безумного галопа. Тирион понаблюдал за их отбытием, прежде чем переключить своё внимание на привезённые ими припасы. Древесины было гораздо больше, чем ему было нужно, но это было ожидаемо.
«Закончу новый загон, добавлю пару стойл, а остальное оставлю. Так им позже не придётся беспокоиться о поездках в город за новой партией».
Он работал несколько часов, пока солнце не поднялось высоко в небе. Хэлэн закончила обедать, и подошла к нему с другой стороны сарая. Тирион создал ещё один щит, на этот раз тот был достаточно большим, чтобы держать её по крайней мере в двадцати футах от него. В щит он добавил лёгкое мерцание, чтобы она не могла неосторожно влететь в него.
— Даниэл? Ты голоден? — спросила она, остановившись на краю щита. Сочувствие в её взгляде обжигало его совесть подобно кислоте.
Заскрипев зубами, он ответил:
— Оставь еду там же, где завтрак. — Он не открывал взгляд от работы, отказываясь смотреть ей в глаза.
Однако Хэлэн не уходила. Она осталась, тихо наблюдая за ним несколько минут, пытаясь найти правильные слова:
— Как плохо бы это ни было, или что бы ты ни сделал, ты всё ещё мой сын, — заявила она. — По крайней мере, если ты поговоришь со мной, то я лучше смогу понять, что случилось.
Ответом ей было лишь молчание.
— Я знаю, что ты можешь чувствовать сожаление или вину. Люди совершают ужасные поступки, когда в гневе…
— Я не чувствую вины, — невыразительно ответил он. — Я сделал в точности то, что хотел.
— Даниэл…
Тут он обратил на неё свой пылающий взор:
— Меня больше не зовут Даниэлом. Даниэл мог бы испытывать сожаление, или раскаяние, но это — не я… уже не я.
Хэлэн отказывалась сдаваться:
— Ты не сможешь скрыться от своих чувств, сын. Если ты…
Ударил внезапный порыв ветра, взметнув песок в воздух, и заставив его мать отступить.
— Я не думаю, что ты понимаешь. То, что случилось вчера — это ничто. Я делал вещи и похуже. Вчерашнее — это было самое близкое проявление того, что ты сочла бы милосердием, на которое я ещё способен.
Тирион использовал свой эйсар, чтобы унять ветер. Он не намеревался позволять своим эмоциям брать верх над собой. Ощущение было таким, будто воздух откликался ему без необходимости в использовании силы, но Тирион знал, что это не могло быть верным. Чувства затуманивали его способность к рассуждению.
— Этот разговор ещё не закончен! — крикнула Хэлэн, пытаясь перекричать ревущий ветер, исчезнувший на середине её предложения.
Разгладив своё лицо, Тирион обернулся:
— Ты права. Мы можем поговорить позже, но не сейчас. Дай мне подумать, дай мне время.
Он закончил запланированную работу, но не пошёл в дом, снова решив поспать снаружи. На следующий день он повёл стадо на выпас. В прошлый день овцы оставались в загоне, вынужденные кормиться сеном, пока Тирион работал над новыми стойлами. Они, похоже, теперь с нетерпением ждали возможности попастись, и Лэйси определённо была рада их сопровождать.
Только у Тириона было тёмное настроение, хотя даже оно начало улучшаться. Невозможно было оставаться угрюмым вопреки такому яркому свету солнца и хорошей погоде. Воздух был достаточно прохладен, чтобы уравновешивать жар летнего солнца, а в небе было ровно столько облаков, чтобы поля имели пятнистый вид.
«Завтра я возвращаюсь», — подумал он. «Обратно, домой».
