Правда, я приезжал в Военторг 15-го Января, утром, всего на пару часов, по срочным делам, решал вопрос с тов. Кондратьевым. Затем заехал на свою тарную базу. Оказалось, что там была моя жена, замещавшая меня «по приказу». Она рассказала мне, что дети наши сейчас в школах, учатся. Я поговорил с коллективом. Все у них, а значит и у меня, в порядке. Так что я сел в машину и уехал.
А сегодня, проезжая мимо Военторга, мы увидели в наших окнах большой свет, значит у нас, наверняка, собрание. Я отпустил шофёра с машиной, и пошел в контору, а там – лектор-МЕЖДУНАРОДНИК.
Лекция закончилась. Тов. Лейкин, Кондратьев, Щербина и я пошли в кабинет начальника. Здесь я вкратце отчитался о проделанной работе. Затем я доложил, что завтра, прямо с утра, сюда приедет председатель колхоза.
Наутро, так оно и было. Тут же при тов. Дуброве наши руководители подписали платежку в банк. Они горячо поблагодарили его за большую помощь при строительстве ледника. Особенно трясли друг другу руки «старые» друзья, Р. А. Кондратьев и A. С. Дубров, хлопая, по-мужски, в плечо товарища, прощаясь.
Вчера, прощаясь с Алексеем Семеновичем и его супругой Верой Дмитриевной, я спросил у них.
– Сколько Вам уплатить за мое пребывание у Вас, ведь я у Вас чувствовал себя, как дома?!
– Вот поэтому, – поспешила ответить ХОЗЯЙКА, – мы с Вас ни копеечки не возьмем. Вы же наш ГОСТЬ!
Такого же мнения был и хозяин. Они попросили, если я желаю продолжить дружить с ними, то о деньгах даже и не говорить.
– Просим Вас, не обижайте нас.
Мы горячо попрощались, обнялись, и расцеловалась.
Я заручился их словом, что они обязательно приедут к нам, к моей семье, в гости.
И вот, уже сегодня, А.С. имеет возможность закрепить нашу дружбу. Вот и сегодня я пришел на тарную базу, как всегда в половине восьмого. Вскоре подошли и остальные мои сотрудники. Поговорили, как они здесь, без меня, работали. Затем я им рассказал о себе, о том, что и как ТАМ было. Закончив, сказал, что сейчас я пойду в контору на встречу с председателем колхоза, рассчитаюсь с ним, и больше никуда …
К девяти часам утра я уже был в конторе Военторга. Сюда же приехал и тов. Дубров. О том, что с ним рассчитались, я уже писал. И вот, я попросил его поехать ко мне домой. Он не отказался. Мы приехали ко мне, и он отпустил шофера на один час.
Моя жена, Мария Моисеевна, уже, без спроса, накрыла стол, и пригласила НАШЕГО ГОСТЯ пообедать с нами. Помыв руки, мы сели за стол. Время – 11часов утра, дети в школах.
На первое, у нас принято готовить фаршированную287 рыбу.
А народная мудрость говорит, что «рыба любит воду».
– А почему нам бы не выпить водки или коньяка?
– Нет, нет, что Вы. – Замахал головой мой гость. – Выпивка мне категорически противопоказана.
За время моего пребывания в их доме я не только не видел, чтобы они пили вино, но даже и не слышал разговора о вине, водке.
Так мы «всухомятку» и пообедали.
Мы с гостем еще сидели за столом, пили чай, а жена моя вдруг вышла из второй комнаты с новым кашемировым288 «цыганским» платком малинового цвета, с большими цветами, да листьями деревьев… всех цветов радуги.
Накинув его на свои плечи, она спросила.
– Алексей Семенович, правда, красивый платок? Он Вам НРАВИТСЯ?
– Да, – ответил гость. – А знаете, этот платок очень даже идет Вам. Он Вам «к лицу289».
– Так вот. – Сказала Маня. – Этот платок я купила в подарок Вашей жене, Вере Дмитриевне. А Вас я убедительно прошу передать ей платок и… большую благодарность Вам обоим за Вашу любезность…
Он попытался отказаться от нашего подарка, но мы твердо «стояли на своем290». Выручил поданный сигнал шофёра, сообщающий об его приезде.
Мы с Маней вышли проводить НАШЕГО ДРУГА до машины. Простились. Он уехал.
На тарной базе ушло то время, когда планировались убытки по таре, и ничем не «перекрывались». Да они и теперь планируются, но… с момента начала «реставрации» негодной или не подлежащей к сдаче тары, наша база «дает» прибыль.
Уместно спросить.
– Как это? По каким статьям?
Отвечаю.
– Поступил ящик с товаром. Для выемки товара из ящика, его вскрывают, освобождают, и снова забивают для сдачи поставщику. От этой операции тара, даже пригодная для повторной упаковки, теряет в стоимости, согласно прейскуранту, от 20% до 50%.
– Тару, не подлежащую, или негодную к сдаче, «реставрируем». Мы составили калькуляцию для нашего заказчика-покупателя. Сам ящик – это исходный материал, он принимается за 100% стоимости. Потом уже «идут» прочие «добавки»-начисления.
– И еще. Военторг имеет свою оборотную тару для фруктов и овощей, которую заранее отправляет со своей базы поставщику.
– У меня на базе, в зимнюю пору, нужно заготовить новую, недостающую, фруктовую и овощную, ящико-тару. Надо еще раз проверить старую тару на предмет ремонта. Убрать ее под укрытие.
Не плохо бы нашему коновозчику, со своей лошадкой и гарбой, проехать по нашим «закрытым» ларькам. Поди, у них много тары собралось.
В догадках наших мы не ошиблись. Тару на базу привозили целых две недели. Здесь ящики разбирали и складывали под навесом в ярус. Много её набралось …
