– На первый ваш вопрос, – вставил я, – попрошу Вашей оценки. На второй, спасибо за Вашу заботу, ем я хорошо, и сплю неплохо. – Я отвечал на вопросы и думал. – Зачем он пригласил меня к себе??? Спросить о моей работе? Так прошел уже месяц моей работы, несколько раз он встречался со мной на объектах, мы вели деловой разговор, советовались по работе, и ни он, ни его свита замечаний по качеству моей работы не делали.
– Твоей работой, Лев Ефимович, – начал Борис Савельевич высказывать свое мнение, и так пристально смотрит на меня и молчит… идут секунды…
Я жду, что он сейчас скажет? Какой будет «оценка» моей работы?
– …мы довольны, – продолжил директор, – и кушаешь ты хорошо, сказала нам заведующая столовой тов. Сидоренко. А вот как ты спишь? Возьми-ка и почитай здесь же, у моего стола, потом расскажешь. – И подал мне письмо.
Приведу выдержку из письма.
– Директору… от соседей по комнате… Наша электрическая лампочка горит всю ночь, мешает нам спать, а он, Л.Е., сидит и пишет наряды… снимает эскизы с чертежей, делает то одно, то другое… поспит час-другой, утром снова на работу… верните ему Павлика98 или дайте кого-нибудь другого… при таком режиме работы и отдыха не только наш «лев», но и «слон» недолго проживет. А жаль, очень жаль. – Три подписи.
– Ну и письмецо, – заметил я, передавая Борису Савельевичу письмо. – К примеру, при лампочке они спать не могут, а я при свете скорей засыпаю. Или такое. Ни я и ни слон долго не проживем. Эх, вы, друзья, знаете ли Вы, что я – волк Брянских лесов, ко всему привык, и жить я буду до самой… смерти, не меньше и не больше.
– Можно идти? – Спросил я, чувствуя, что разговор уже закончен.
– Нет, погоди, – сказал директор, – Павлика я завтра пришлю к тебе, он молодой и опытный, работал у Николенко, вы сработаетесь, и пожалуйста, укладывайтесь вовремя с работой и отдыхом – всегда.
Мы попрощались, я поблагодарил его за Павлика, и внимание ко мне.
На следующий день ко мне пришел Павлик. Работу нормировщика99 он знает, я же научил его геодезии100. Так мы вместе с ним и работали, да так сработались, что в конце Июня мы уже выполняли «просьбу» Бориса Савельевича, и «укладывались» вовремя с работой и отдыхом. Так мы вместе работали до самых Октябрьских праздников, и, пожалуй, работали бы и дальше, если бы далёкие слухи не «дошли» до нашего совхоза. О чем? Да о том, что наш Совхоз продают, или передают Днепропетровскому Госбанку101 со всем движимым и недвижимым имуществом.
Нам, кадровым работникам Спецторга, пока что, официально, никто не заявлял об этом. Но начали появляться «ходоки», по два, три человека. Сперва они были у директора, потом с ним, Юровицким, Загубиным и другими, ходили по хозяйству, как говорят, не таясь.
Говорили они, а мы слушали и «мотали на ус102». А уже назавтра об этом знали и говорили все, все, все…
– Как мы, горожане, приняли это сообщение? – Спросите вы.
Конечно, некоторые из нас восприняли это событие с «горечью», но, зато, другие – с восторгом. Объясню…
Некоторые работают здесь с начала организации совхоза. Наименьший стаж работы в Сухачёвке у меня, с Мая по Ноябрь 1934-го года включительно, всего-то семь месяцев. Но для меня – это долго, даже очень долго.
Сызмала человек привыкает к одинокой холостяцкой жизни. Иной готов жениться, не дождавшись даже усов, которые пробиваются в 16-17 лет. Не в пример я. Ведь женился103 я в мой день рождения – 21-го декабря 1921-го года, когда мне исполнилось 21. А сейчас мне 33. Так что я давно уже не «молодожен». Такие «старики» в одиночестве долго жить не могут и не будут. Отсюда понятно, что меня тянуло домой, к семье.
Благодаря письму моих соседей по комнате, Борис Савельевич прислал мне Павлика Новикова на помощь, а я подготовил его быть моим достойным заместителем по работе. Мы с Павликом рассталась лишь в новом 1935-м году. Я уволился и уехал к себе домой, а он остался работать у себя дома.
Весь день 9-го Января 1935-го года ушёл у меня на прощания.
С утра, после оформления увольнения, в бригаде.
Я сказал им, что пришел проститься, что с ними остается наш общий друг Павел Васильевич Новиков. Он – толковый и хороший человек, и я уверен, что и впредь у них все будет хорошо.
С ответным словом выступил бригадир Павел Антонович Денисов. Ему уже за сорок, он – опытный вожак. Говорил он о работе бригады, в частности, сказал.
– Успех в работе, в основном, решала Ваша, Лев Ефимович, культура в обращении с бригадой, и с каждым из нас в отдельности.
ТРОГАТЕЛЬНЫЕ, СЕРДЕЧНЫЕ СЛОВА, скажете, да?
Действительно, так. КУЛЬТУРА в ОБРАЩЕНИИ с ТОВАРИЩАМИ по РАБОТЕ – ЭТО МОЙ ДЕВИЗ. С НЕЙ, С КУЛЬТУРОЙ, Я ПРОШЕЛ ЧЕРЕЗ ВСЮ МОЮ ЖИЗНЬ. ЭТО – НАКАЗ МОЕГО ОТЦА.
В конторе совхоза я простился со всеми присутствующими, меня знали все, и я тоже знал всех. А как же могло быть иначе? Ведь ключи от квартир новоселам вручал я. Жалоб на брак не было.
В столовой мы обедали вчетвером: супруги Сидоренко, Пилипенко и я. Здесь же я простился со своей «кормилицей» заведующей столовой А. П. Сидоренко.
