– Только не говорите мне, что в нашем легионе пополнение.
– Что такое легион? – вскинула уши я, отрываясь от Гили.
– Как бы ты этого ни хотел, кабанчик, я пойду за Мирой, – заявила она. – Я никому из вас не доверяю и не собираюсь бросать лучшую подругу на произвол судьбы. Она же мне как сестра!
– Да ладно, Захария, больше народу – веселее, – улыбнулся Феникс. – К тому же Мире так явно будет комфортнее. Ей наверняка неловко было бы путешествовать наедине с… мужчинами.
– Эх, ладно, – выдохнул Захария. – Только готовить себе сама будешь, поняла?
– Конечно!
Неожиданно ко мне пришло осознание положения, в котором мы оказались, и мне захотелось рассмеяться. И я, не сдержавшись, захихикала в ладошку.
– Что такое? – удивился Феникс. – Ты кашляешь?
Он попытался наклониться ближе, но Гили выставила вперёд руку.
– Только через мой труп, – опасно сощурилась она.
– Ох… Ну и веселое же путешествие нам предстоит, – приложил руку ко лбу Захария.
И так мы отправились в путь. Вчетвером, совсем юные, совсем наивные. Но готовые повидать мир – я уж точно была готова.
Выдвинулись мы следующим же утром, и то, что нас ждало, оказалось невероятным. Мы не успели выйти за пределы Берского Царства, а я увидела столько чудес, сколько не видела за всю свою жизнь.
Ни одна книга и ни одна картинка не могли передать этой красоты. Простирающихся на долгие вёрсты лесов, полных рек и ручейков, холмов и пригорков, многовековых дубов и новорождённых тонких берёзок. Я дышала воздухом, которого не знала, вдыхала запахи, с которыми не была знакома, я слышала звуки, которые теперь навсегда останутся в моей памяти.
Всего за несколько дней мы оказались у гор. Тех самых, где пряталась великая Белокаменная Твердыня. И теперь я поняла, почему её называли неприступной. Как могло существовать нечто настолько огромное? Горы прорезали сами небеса, Матушкины чертоги! Каково жить, когда сама Матушка может протянуть к тебе руку?
А ведь оттуда наверняка видно предков… Говорят, предки живут на звёздах, и их можно увидеть, только когда небо не заполонено тучами. Зверолюди едва ли могли познать, что это такое.
Но мы не стали забираться в горы: наш путь лежал дальше. Сперва через раскидистые зелёные луга, потом – через золотистые поляны. Захария рассказал, что именно из колосьев с этих полян пекут хлеб. Гили же совсем его не слушала – лишь смотрела на меня и оглядывалась по сторонам в поисках опасности.
А Феникс всё это время вёл нас. Подчиняясь своему пламенному сердцу. Он же рассказывал сказки о далёких странах, о которых я читала лишь в книжках.
Спустились мы уже к степям, полным песка и пыли. Мне пришлось закатывать свою одежду, чтобы не сгореть от жары. А вот у юношей оказались с собой лёгкие доспехи. С железными юбками и причудливыми шлемами с хохолками. Нигде не видела подобного!
И наконец мы достигли реки. Она словно делила степь на пополам: в длину она уходила далеко за небосвод. Зато она была уже привычной мне Верховетви: через неё можно было бы перебраться по обычному мосту. Тем не менее я ей обрадовалась, ведь она привлекала отнюдь не красотой: когда мы к ней подошли, я бросилась пить. Вода в реке выглядела удивительно свежей и сверкала на солнце.
– Вот мы и пришли, – сказал Феникс, вставая рядом со мной.
– Пришли куда? – спросила я, глядя на него, гордо смотрящего на противоположный берег.
– К новой стране, – сказал он. – Империи Лонг.
