— Ты наивно полагаешь, что твой родовой клинок никогда не использовался просто для того, чтобы походя проткнуть безружную и беззащитную жертву?
— Возможно, такое было, — Ник поморщился, словно само предположение о столь низком использовании благородного оружия причиняло ему боль. — Но я не об этом. Пистолет создавался для убийства. Для маленького убийства. Для большого — пистолет побольше. Для очень большого — то, чего так боится леди Кетари. Это всё — пистолеты, Руфус, только немножечко разные, но все — совершенные, идеально подходящие для тех целей, ради которых созданы. Как… как ша-де-синн.
— Интересная точка зрения, — экзорцисту не требовалось излишних объяснений, чтобы поймать мысль подопечного. — Ты считаешь, что ша-де-синн не просто раса, которой однажды суаши стали поперек горла. Они — оружие в чьих-то руках? Хотя, пожалуй, не обязательно в чьих-то. Они владеют магией, ничуть не худшей, чем та, что доступна суаши. Они вполне могли превратить самих себя в идеальное оружие. Практически бессмертные, способные накапливать опыт поражений…
— Как ламии, — подсказал Ник.
— Да, только не в смысле передачи этого опыта роду, а в смысле личного переосмысления допущенных ошибок с тем, чтобы не повторить их. Воины с опытом тысячелетий — это страшно. Итак, ты предлагаешь?..
Он уже знал, что скажет юноша, и был с этим согласен. Отдать смерти целый мир, отдать без боя, без попытки изменить ситуацию — как потом жить с этим? А Орден… магистры будут искать выгоды для Суонна или, в худшем случае, для себя. Судьба Земли их не волнует, и слова Ника о том, что «это не наша война» идеально подойдут в качестве лозунга для Великого Магистра. Самое печальное, что его трудно будет в чём-либо упрекнуть. Кто скажет, что человек обязан взваливать себе на плечи груз чужих ему судеб? Но то, на что не способно государство и его лидеры, вполне могут позволить себе просто люди. Надо принять предложение волшебницы, быть рядом, изучать, наблюдать, разбираться. Попытаться найти не способ в очередной раз отбить атаку, а причины этой войны. И, быть может, суметь её остановить до того, как станет слишком поздно.
— Пистолет, шпага, боевая магия — это всё оружие, учитель. Если мы хотим, чтобы клинок не угрожал нам, следует самим сжимать его эфес. Надо идти с ними. Наблюдать. И, при этом, выжить. Всё, что мы узнаем, очень важно для Ордена и, не исключаю, собранная нами информация позволит Ордену стать сильнее, а нам — занять на Тронных ступенях достойное положение.
«Да, явно не этого я ожидал, — подумал Руфус, отворачиваясь, чтобы юноша не заметил огорчение на лице наставника. — Всё-таки он Торрин, не отнять. Ладно, пусть у нас и несколько разные цели, но дорога общая. Пока. А там видно будет».
Не бояться. Легко сказать…
Прошедший день был наполнен страхом. Иррациональным, если разобраться — Фаррел говорил, что здесь безопасно, безопаснее, чем где-либо в другом месте этого мира. Но слова не всегда с готовностью воспринимаются как непреложная истина. Лена жила в относительно спокойном мире, где, тем не менее, в любой момент можно было найти проблемы на свою голову. Пьяная толпа у метро, озабоченные сокурсники, какой-нибудь урод, намеревающийся поживиться чужим имуществом в тёмном переулке, лихач за рулём. По-настоящему она ощущала себя в безопасности разве что дома, в аудитории или на редких вылазках на ролёвки. В последнем случае не всё было однозначно, народ, бывало, подогревал себе настроение сверх разумной меры, но всё равно было как-то спокойно. Это повседневное беспокойство было привычным, гнездящимся где-то в подсознании и выплескивающимся наружу уже тогда, когда, возможно, было поздновато дёргаться. Что поделать, мы привыкаем к жизни в каменных джунглях, мы оцениваем повседневные риски, наверное, несколько ниже, чем они того заслуживают. Но и другого пути нет — если ожидать неприятностей каждое мгновение, то так и психика может не выдержать. Не ходить же по родному городу, сжимая потной ладонью рукоять пистолета… если бы он имелся.
Так что инстинкт самосохранения у среднего городского жителя порядком притушен. Среди Леночкиных знакомых парней были такие, кто и мусор выносить не пойдёт без ножа в кармане или без ставшего в последнее время модным травматического пистолета, который, если подумать, давал разве что психологическую защиту. Хотя одному парню из её группы как-то «резиноплюй» здорово помог — три довольно крупные и порядком отощавшие собаки, унюхав доносящиеся из пакета запахи свежеприобретенной ветчины, напрочь потеряли страх, и кто знает, чем в итоге всё могло обернуться.
Но это были, скорее, крайности. Большинство — в том числе и Лена — не выискивали опасностей в окружающем мире. Просто знали, что они есть… но как-то не зацикливались на этом.
