К радости девушки, знакомой с управлением гужевым транспортом исключительно по фильмам, кобыла, впряжённая в повозку, оказалась существом меланхоличным и послушным. Ей было совершенно всё равно, куда брести — лишь бы не нестись вскачь. Подгонять её не требовалось, хотя развитая животиной скорость вряд ли позволяла бы повозке обогнать и обычного пешехода. Ну разве что тот будет плестись, как очень больная черепаха. С другой стороны, медленно ехать, как это ни банально, по любому лучше, чем бодро шагать по пыльному тракту, путаясь в складках пеплума. Хотя доска, на которой полагалось сидеть водителю кобылы, по уровню комфорта явно не дотягивала до сиденья самого заурядного из автомобилей.
Длинные дома под зелёными травяными крышами (зелёными они больше казались, чем были таковыми) постепенно удалялись. Вдоль дороги тянулись поля, на которых копошились люди, то ли эти, как их тут называли, кэрлы со своими домочадцами, то ли нанятые ими на сезон рабочие. Удовольствия от верчения головой по сторонам хватило минут на пять, после чего Лена принялась раздумывать о ситуации, в которой оказалась. По сути, сейчас впервые, с момента её появления в селе, выдалось по-настоящему свободное время. Оррин на огромном жеребце маячил шагах в тридцати впереди, всем видом демонстрируя старое восточное правило, когда мужчина изображает из себя авангард, а женщина с пожитками тянется за ним следом. Такое положение девушку устраивало, хотя она прекрасно понимала, что расспросов ей не избежать.
Солнце почти поднялось к зениту, ветра практически не было, что заставляло пыль, поднятую чёрным жеребцом, старой кобылой и колёсами тряского возка, висеть в воздухе желтоватым маревом. Очень хотелось пить, но пока что Лена решила повременить с просьбами. Мало ли, как отреагирует хозяин… может достать какую-нибудь ёмкость, а может и плетью огреть за то, что посмела открыть рот без разрешения.
Как она сейчас жалела, что поддалась на провокацию тогда, две недели назад! Хотя, если разобраться, опрометчивое решение она приняла гораздо позже, но истоком его послужил разговор, которому, видит Бог, лучше бы не состояться.
Началось всё во время одной из ролёвок, на которую Лену затащила Этуаль, она же Ольга Шадрина, искренне считавшая себя старой и верной подругой Лены, а потому с энтузиазмом, достойным лучшего применения, таскавшая её на все сколько-нибудь значимые для ролевиков события, будь то очередная игра, концерт «Мельницы» или выставка-продажа «аутентичной» эльфийской одежды и украшений. Последнее предпринималось не без корыстных побуждений, поскольку у Друзовой карманные деньги водились в размерах, существенно превышавших суммы, на которые Ольге приходилось жить месяц.
Именующая себя «светлой эльфийкой», девушка, вероятно, заставила бы любого настоящего эльфа повеситься от смертной тоски, нахлынувшей от одной лишь мысли, что среди бессмертных и мудрых могут попадаться подобные личности. Была она полненькой, но совсем без того шарма, что часто встречается у пампушек-хохотушек, легко становящихся центром внимания в любой компании и часто пользующихся чуть ли не большими симпатиями, чем красавицы с точёными фигурами, знающие себе цену и не забывающие этим знанием делиться с окружающими. Увы, обаяния Ольге природа выделила явно недостаточно, зато компенсировала этот печальный факт изрядной дозой необидчивости и готовности к самопожертвованию. Последнее проявлялось, обычно, в том, что когда кому-то необходимо было заняться делом важным, но не столь интересным, как демонстрация эльфийских платьев или сочинение наполненных тайным смыслом стихов на квенья[41], Ольга с готовностью принимала удар на себя. Забавно было смотреть, как упитанная деваха в длинном платье, прикрывшая по случаю очередной игры свои короткие каштановые волосы длинным, до пояса, белым париком, помогает убирать оставшийся от лагеря ролевиков мусор. В общем-то, нельзя сказать, что в компании её не ценили. Но и на ведущие роли девушка никогда не попадала.
Это не мешало Ольге вовсю пропагандировать прелесть эльфийской жизни среди приятелей и приятельниц, ещё не вкусивших этого счастья. К участию в ролёвках Лену привлекла именно она. Поначалу Друзовой-младшей вся эта фэнтезийная романтика нравилась, она взяла себе имя «Эльданна», обзавелась луком и однажды умудрилась занять второе место в одном из состязаний стрелков-новичков. Потом стало скучно… Походам в лес она всё чаще предпочитала трёп в чатах и на форумах, где и был в очередной, неясно какой по счёту, раз поднят вопрос о том, каковы же на самом деле истинные эльфы.
