— Что ты делаешь в Загаде? — спросил я, не собираясь ни оправдывать, ни прощать.
— Ищу тебя и Фиону, — ответила она. — Единственная точка, с которой я могла начать, — принц Александр. Когда я услышала истории о его крылатом спасителе, то сообразила, что это наверняка ты, но это, разумеется, не помогло мне найти тебя. Поэтому я добралась до дома принцессы и использовала магическое «иностранец, друг госпожи», чтобы встретиться с ней. После того как я немного познакомилась с ней, я поняла, какая она. Еще я поняла, что принц ни за что не оставит ее навсегда. Моя единственная мечта — чтобы они воссоединились. Они чудесно подходят друг к другу, правда?
Катрин была со мной и Александром во время нашего путешествия в Парнифор и нашей битвы с Повелителем Демонов. Она заняла место своего деда, моего погибшего учителя, она помогла мне подготовиться к битве. Я был обязан ей по крайней мере сохраненным рассудком.
— Сами боги предрешили этот брак, — ответил я.
— Все эти слова о новой жене, публичный разрыв с ней… Александр пытается защитить ее?
— Да.
Вскоре мы сделали привал. Лидия едва не падала от усталости, на какой-то миг мне показалось, что нам не удастся снять ее с лошади.
— Чудовище, хромая корова, — сказала она, когда Блез с Катрин помогли ей сойти и усадили возле разведенного мной огня. — Я выигрывала все скачки, с тех пор как впервые села на коня, а теперь час езды превратил мое тело в вату.
— Мы приготовим вам поесть, моя госпожа. — Катрин накинула ей на плечи теплый плащ. — Вам станет легче.
— Мне будет лучше, если я выпью чашку назрила, — ответила Лидия. — Дай мне все, что требуется, а сама можешь идти беседовать с Сейонном. Ты ведь так ждала этого разговора все эти месяцы.
— Я позабочусь о госпоже, — вмешался Блез, который успел прийти в себя. — Вы оба ступайте.
Я встал, три пары глаз встревоженно уставились на меня. Рубаха у меня на груди стояла колом из-за пропитавшей ее крови. Правая рука тоже была в крови. А я и не заметил.
— Значит, ты понял мой знак. — Блез первым нарушил неловкое молчание. — Мне показалось, что от этого человека не стоит ждать ничего хорошего. Ты ранен?
— Нет. — Я не хотел рассказывать о своих подвигах. — Так ты идешь, Катрин?
Катрин поднялась, переводя взгляд с Блеза на меня. Бунтарь поклонился принцессе и передал ей флягу с водой.
— Меня зовут Блез, сударыня. — Он принялся доставать припасы из небольшой сумки.
Мы с Катрин отошли от костра. Я несколько раз чувствовал, что она хочет заговорить, но не решается. Мы уходили по дюнам все дальше от костра, а Катрин все молчала.
— Ты не должна бояться меня, — сказал я наконец. — я не собираюсь мстить, и хотя во мне живет другое существо, я не демон. Все, что рассказала вам Фиона, о нашей истории, о мире демонов, о том, что наши предки разделили наши душа на две части, — все это правда. И я не убивал Тегира или…
— Сейонн, Исанна мертва.
Я потряс головой, словно она задала вопрос. Эти слова не вязались друг с другом. Я лез на песчаный холм, с трудом двигая ногами.
Катрин не отставала, хотя на каждый мой шаг ей приходилось делать два.
— Она была в паре с учеником Гриффина Хьюлем, который делал потрясающие успехи и прошел испытание за несколько месяцев до того. Мы уже потеряли к этому времени много воинов. И Исанна сказала, что не допустит гибели Хьюля. Она не позволила другим Айфам создавать для него Ворота. Мы не знаем, захватили ли его в плен, был ли он ранен или просто ослабел в битве и не смог выйти. Исанна не закрывала Ворота. Она продержалась больше трех дней. Хьюль не вернулся, а Исанна не очнулась.
Мои ноги сами двигались дальше. Кровь бежала по венам. Легкие продолжали давать мне свежий воздух. Но все остальное в мире замерло.
Прошло много времени, прежде чем я осознал, что Катрин стоит рядом со мной.
— Первые месяцы демоны вели себя тихо, — произнесла она. — Говорили, что, наверное, Фиона была права. Скорее всего демонам больше не нужны человеческие души. Никто не осмеливался называть твое имя. Исанна не позволила бы. Она изгоняла всякую испорченность, боролась с любым ее проявлением, словно чтобы очистить собственную душу после того, что мы сделали с тобой… оправдаться. Многие упрекали ее в жестокости. Но потом, несколько месяцев спустя, Ловцы стали сообщать о новых захваченных душах. Все было хуже некуда: чудовищные поступки, яростное безумие, невиданные до сих пор ужасы.
