Возрождение полностью

На пятый день тренировок я научился полностью держать себя в руках. Теперь я видел перед собой мир людей… странный, затененный, лишенный красок, но за потоком видений я различал города и деревни и мог понять, где находятся мои спящие. Хотя начинал все Каспариан, а Ниель создавал заклятие, называющееся виетто, я приспособился использовать собственную мелидду для сортировки событий, происходящих в сновидениях. По структуре сна я узнавал, какое время года, день или ночь сейчас в мире смертных, об их болезнях, привязанностях, битвах, особенностях их восприятия мира.

На десятый день Ниель показал мне, как влиять на сны, изменяя их по своему желанию.

— Действуй деликатно, — посоветовал он. — Ведь ты находишься в таком тесном контакте с душой, какой просто немыслим для смертного существа. — Мы оба знали это. Иначе зачем бы я сидел в саду, готовясь расстаться со всем человеческим во мне? — Смотри, — сказал он, — в этом пустынном месте я нашел типичный женский сон, сон матери.

Ищу… ищу… в толпе, которая разрастается с каждым мигом. Где же он? Потерялся… убежал… Музыка звучит над полями… флейта, которая ему так нравится. Я слышу смех… конечно, это он… с ним ничего не случилось, он не испуган… но нас разделяют все эти люди… Пробивайся вперед. Спеши. Беззубый нищий смеется надо мной… старуха причитает по покойникам.

— Наши-то давно ушли, — твердят они. — Гниют в земле. Почему же у тебя живой? Разиня… потеряла такой подарок.

— Дитя, вернись! — Спеши. Музыка умолкает. Спеши!

— Облегчи ей поиск. Ты можешь. Раздели толпу. Понимаешь как? Да, так. Теперь займись флейтистом и задержи ребенка, чтобы он не ушел дальше…

Темноволосый ребенок стоит у телеги, где в большой раме танцуют две куклы. Их водит палочками жена флейтиста. Мальчик встает на цыпочки. Я подхватываю его на руки и сажаю на плечо, теперь ему все видно.

— Где ты, дитя? — кричит голос у нас за спиной, я разворачиваюсь, чтобы мать увидела своего сына.

— Он в полной безопасности со мной, — говорю я ей, надеясь успокоить ее. — Я нашел его.

Я не могу различить ее лицо в огромной толпе. Все кажутся взволнованными и напуганными, и их так много… Но когда я взмахнул рукой, чтобы привлечь ее внимание, ее голос сорвался на дикий крик.

— Нет! Только не ты!

…и сон пропал из общего океана.

— Некоторые страхи людей невозможно успокоить, — говорил Ниель, когда мы приступили к следующему уроку.

На четырнадцатый день я нашел Александра.

Я искал своих друзей в снах Азахстана. Они должны были уехать из Таине-Хорета, чтобы оправиться после сражения; неважно, сколько дерзийцев я убил, здравый смысл говорил, что долина больше не безопасна. Они найдут пристанище в пустыне. Но ни Александр, ни Блез не станут долго ждать, чтобы нанести следующий удар.