Книга повествует о том, как двухсотлетнего закоренелого холостяка-легионера пытаются женить на себе кучка несовершеннолетних девиц. Напряжение растет, сердца юных барышень накаляются, изощренности молодого ума нет предела. Устоит ли Фалгор-Сеня?Нарциссизм, княгини-свахи и турели на ножках присутствуют.
Граф Андрей вырастил настоящего монстра. Абсолюта-Зюзю недожеванного.
Двор перед резиденцией Мироновых обратился в уголок Антарктиды. Криогенная заморозка прошлась по всему живому и неживому поблизости. Спаслись только те, кого обволок мой газ, да еще счастливчики, кто находился в стороне от бойни, как «броненосцы», например. Ну еще как-то пережили оледенение такие индивиды как Крокодил и Слепой кот с Кумулятором. Последние уже бросились в пролом в стене и связали Миронова рукопашкой.
— Татарин — Фениксу, — вызываю я по гарнитуре Рената. — Быстро все ко мне. Прием.
— Феникс, бежим. Прием.
Прибывает подкрепление. Становится людно. Свеженькие лейб-гвардейцы уводят прочь императора со свитой.
— София! — кричит Владимир напоследок княгине. — Зачисти усадьбу.
Аяно резко поворачивается к «сестре»:
— Мы тоже уходим, Соня, — японка говорит нетерпящим возражения тоном. — Это не обсуждается. Гвардия справится без нас.
— Как скажешь, — София позволяет взять ее за плечо и повести в сторону кортежа. На ходу сереброволосая княгиня крутит головой по сторонам. Когда она находит меня взглядом, я напоследок удостаиваюсь благодарной улыбкой. — Спасибо, Сеня. Твоя пушка — просто бомба!
На княгиню даже не смотрю. Если бы она не грохнула графа, то Абсолют мог не слететь с катушек. Вали уж, пташка.
Из пролома в стене, между тем, доносится грохот шквальной стрельбы. Белые фонтаны льда выстреливают в небо. Мелькают зарницы пожаров.
— «Броненосцы», — я бросаю наконец добравшимся бойцам. Они в охренении рассматривают ледовую скорлупу вокруг. — Сейчас осторожно проникаем в пролом. Обстреливать всех Мироновских, кроме ледяного Абсолюта. К нему не соваться.
— Феникс, — вставляет Ренат. — А как мы…
— Поверь, ты его сразу узнаешь, как увидишь. К тому же, он безоружный. Кавказ, от меня ни на шаг. Поработаешь грузчиком.
— Есть.
— Плющ, Змея — вы прикрываете навесом. Остальные — выступаем!
«Броненосцы» броском сближаются со стеной. Группа поддержки из Василисы и Ульяны открывает навесной огонь, и мы врываемся в пролом. Сразу отбегаем по горящему газону в сторону, пригибаемся за декоративные камни и фонтанчик в форме дельфина. Просто-напросто не сразу разберешь в этой куче-мале, кто свой, кто чужой.
Так, Мироновых где-то штук пятнадцать. Здесь и Воины с автоматами, и Кметы разных стилей. Но выбежали из здания явно не все, еще потом дом зачищать. Демоников, кстати, сразу видно — вылитые монстры. А вдалеке Слепой кот и Али бьются с Абсолютом. Выходит у дружинников очень даже неплохо. Ледяные копья огибают Кота, как зачарованные, а часть снарядов он одним взглядом даже возвращает назад. Али же швыряется файерболами, рычит и скачет, как ухопас.
— Огонь! — командую. Сам переключаю Фриз на режим сухого льда. Включается компактный генератор.
При этом режиме по специальным каналам в ствол подается двуокись углерода, и мощная холодильная установка быстро превращает газ в лед. Далее выстрел из встроенного в трубу пулемета. Принцип устройства довольно простой.
Тра-та-та… Град ледяных пуль бахает по Мироновым. Калибр восемь миллиметров, как у Минигана — это вам не жабры болотопса жевать. Правда, скорострельность в разы ниже. Ствол-то один.
Единственный большой недостаток конструкции Фриза — тяжелый короб с батареей и баллоном газа на плечах Ахмата. Но пока потерпим. Точнее, потерпит кавказец.
После вступления в игру Фриза и «броненосцев» бой затухает. Мы еще успеваем уложить пятерку Воинов, но они даже не сопротивляются толком, больше пытаются отступить к дому. Остальных без труда добивает Гвардия.
Бросаю взгляд на трупы. Изрешеченное мясо. Ни пуль, ни пороха. Доработать бы Фриз, сделать из него настоящее ручное орудие с пулями из сухого льда, и откроется новое направление в оружейном производстве. Только подумать: поработала группа спецназа или диверсантов, и после их отхода не остается никаких следов деятельности, только дырки в телах противника.
Ладно, пора выдвигаться на главного зверя.
— Кавказ, к Абсолюту. Остальные — ждать.
Пыхтя, Ахмат следует за мной. По горелой в черных проплешинах земле шуршит шланг от Фриза. Битва в самом разгаре. Ревя, Али налетает на Абсолюта и хреначит ледовика горящими когтями. Тот облачился в стихийный доспех — прозрачно-белый и угловатый, словно сложенный из алмазных граней. Когти Крокодила выбивают кристальные крошки. Зрелищно, но результата ноль.
— Аллах, спаси, — ошарашенно мычит Ахмат за спиной. — Что это за шайтан?!
— Это славянская войстезя, — сам я чуть меньше поражен.
Абсолют мощным пинком отправляет огромную крокодилью тушу кататься по обледенелой траве. Из земли вздыбливаются белые копья. Грунт ощетинивается льдинами, словно еж. Слепого кота копья почему-то огибают. А Али, невероятно изогнувшись, уворачивается от острых пик. Вскакивает на мощные, словно тумбы дреднаута, ноги. Снова несется на врага, брызгая слюной из оскалившейся пасти.
— Аднака, Аля ещя не вся! — радостно ревет мутант.
Ну дает животина. Весело ему, оказывается.
