Владыка Золотого Леса все последние годы упорно гнал от себя нехорошую мысль о том, что они все-таки могли опоздать с эликсиром. Старался не замечать, как быстро порой вспыхивает Белка из-за каких-то пустяков. Пытался уверить себя в том, что это - всего лишь последствия, которые с годами сойдут на нет. Но при этом каждый раз с холодком слышал нехорошие рычащие нотки в ее голосе, следил за неправдоподобно плавными шагами Гончей, не раз подмечал неуловимые изменения в ее красивом лице и тщетно убеждал себя, что это пройдет. Что все это - слабые отголоски прошлого. Что они все правильно сделали, вовремя вернули ей мужа, и наследие хмеры больше не заставит Бел вести себя, как дикий зверь. Но червячок сомнения все равно подтачивал его душу, упрямо шептал на ухо, что многие из повадок Траш слишком глубоко въелись в ее плоть и кровь. Не желают оставлять ее даже после возвращения Таррэна. И настойчиво говорил о том, что Бел действительно здорово изменилась за эти годы: стала резче, непримиримее, жестче, чем обычно, но при этом гораздо сильнее. Настолько, что целая стая перевертышей порой не могла удержаться на колоннах, вступая в тренировочную схватку со своим Вожаком. И раз уж он, Светлый, видящий ее далеко не так часто, как хотелось бы, заметил эти перемены, то Таррэн наверняка отыскал их гораздо больше. И именно поэтому теперь опасается. Поэтому места себе не находит. Поэтому ночами не спит, неустанно тревожа разорванные узы, и поэтому же так страшится последствий. А помочь ему, увы, ни он, ни Тирриниэль, были не в силах.
Элиар прикрыл глаза.
- Я... если хочешь, давай сегодня попробуем вдвоем. Я прикрою тебя, а ты воспользуешься моим Венцом. Или у Тиля возьмем - не думаю, что он откажет.
Таррэн покачал головой.
- Не поможет. Я уже пробовал.
- Когда?!
- Вчера. И сегодня. Но Бел не отзывается. Мне порой даже начинает казаться, что ее вообще здесь нет.
Светлый несильно вздрогнул.
- А Портал?
- На месте, - отвернулся Таррэн. - Я проверил сразу, но Бел его не трогала. Не подходила даже. Она все еще на Алиаре. Все еще где-то в этом мире. Но или так далеко, что не слышит даже Зова, или...
"Не может его услышать, - с тревожным холодком подумал Элиар. - А услышать она не может только в одном случае: если то, чего мы боялись, все же произошло, и Белка сейчас... не совсем Белка. Вернее, не совсем человек. Или уже СОВСЕМ не человек".
Он в тревоге посмотрел на побратима, но по его виду мгновенно понял: Таррэн об этом тоже думал. И тоже боялся, что эта мысль окажется верной. Более того: наверняка немалую часть сил постоянно тратит на то, чтобы поддерживать хоть какую-то связь с пропавшей супругой, а ночью отдает ей столько, сколько способно отдать его уставшее тело. Для того чтобы поутру опять с горечью не увидеть никакого результата. Затем потратить бесконечно долгий день на какие-то пустяки, а потом со страхом ждать наступления следующей ночи, в которой каждый час превращается в настоящую вечность, а каждая неудача - в маленькую смерть. Просто потому, что без нее ему не нужна жизнь. И потому, что если она не вернется, Таррэн тоже останется здесь. Настолько, насколько потребуется. И там, где она только пожелает. Несмотря на время, брошенный Дом, забытые мечты и родичей, которые посмели намедни в ярости топать ногами и обвинять его в чрезмерной мягкотелости.
У Элиара вытянулось лицо, когда он вспомнил, как всего два дня назад они с Тилем пытались образумить отрешившегося от всего мира Таррэна. Как тормошили его, напоминали о Договоре, говорили о том, что нельзя весь сидеть день с неподвижным лицом, таращиться в никуда и ни слова не сказать Совету в защиту своих интересов... болваны! Да нет у него здесь больше никаких интересов! Таррэну не нужен мир, если в нем не станет Белки! Не нужны никакие выгоды, возможность безнаказанно пройти в Священную Рощу, чтобы окунуться в ее чудодейственный Источник! Вообще ничего больше не нужно! И если он все еще здесь, то лишь потому, что уважает мнение отца. И потому, что ему по-прежнему небезразличны его чувства. Хотя, конечно, с некоторого времени исход этих трудных переговоров стал для него совершенно неважным.
- Прости, - Светлый поджал губы, а Таррэн слабо кивнул. - Прости, брат. Я не подумал. Возьми мой резерв...
- Нет, - качнул головой Темный. - Не нужно. Мы с тобой все еще слишком разные. Да и моя аура тогда изменится, а мне бы не хотелось никаких... неожиданностей.
- Может, тебе остаться сегодня здесь, под защитой крыла, и не ходить на Совет?
- Нет, - снова вздохнул Таррэн. - Для отца это важно. Я обещал помочь.
- Но ты уже неделю на ногах!
- Ничего, бывало и хуже.
- Таррэн! - окончательно растерялся Элиар, но побратим лишь невесело посмотрел.
