Заметив мой взгляд, молодая женщина нерешительно улыбнулась. Она отдернула руку, словно сомневаясь, может ли она еще рассчитывать на мое теплое отношение.
- Я... я попала рукой в...
- Не надо, - прошептала я, с трудом сдерживая слезы. - Пожалуйста, не надо.
- Что не надо? - спросила Ниа, делая вид, что не понимает меня.
- Не лги. Не здесь и не мне, если можно.
- Но я...
- Прошу тебя!
Она опустила голову.
- Наверное, мне пора...
- Ты действительно хочешь уйти?
С минуту Ниа молча смотрела на меня, а потом тихо произнесла:
- Если честно, то - нет.
- Тогда останься.
Она слегка улыбнулась, и ее глаза потеплели:
- Спасибо тебе.
Какое-то время мы просто молчали, пока я решала, с чего начать разговор.
- Так... ты нормально устроилась?
Ее улыбка стала шире:
- Да, у Амазонок мне всегда хорошо. Как будто это мой дом. - Она уставилась на покрывало, словно пыталась запомнить его узор. - Кроме того, здесь безопасно. - Взглянув на меня, Ниа добавила, - Ты здесь одна, да? Кажется, они говорили о тебе в прошлый мой приезд на ранчо.
- Надеюсь, хорошее?
- О, да. Очень.
Я усмехнулась. Могу себе представить!
Она поправила прядь волос жестом, который был мне хорошо знаком: я сама делала точно так же, когда пыталась скрыть волнение.
- Ничего, если я спрошу? Что ты сделала?
- Убила своего мужа.
- Ты уб... из-за денег?
Меня разобрал смех.
- Нет. Да у нас и доллара-то лишнего не водилось!
Ее глаза округлились, насколько это было возможно:
- Почему же тогда?
Интересно, смогу ли я сказать об этом вслух? Я никогда и никому еще не позволяла касаться этой темы. Даже с Айс мы не говорили о том, что же на самом деле произошло между мной и Питером. Ситуация вроде бы была достаточно ясна, поэтому мы предпочитали не копаться в прошлом. Страшный призрак, который съеживался и съеживался с течением времени...
Мне, наверное, казалось, что мою историю стоило приберечь для того единственного человека, которому действительно будет необходимо ее услышать. Ниа вполне подходила под это определение.
- Он изнасиловал меня, - ответила я и не узнала собственного голоса.
- Но... но это невозможно! Вы же были женаты!
Тысяча возражений одновременно крутилась у меня в голове. Но вряд ли я смогла бы высказать вслух хоть одно из них. Не Ниа. Не женщине, которая прошла через тот же ад, что и я. А может, и страшнее.
- Насилие - всегда насилие, Ниа, - я постаралась произнести это очень мягко, - и не имеет значения, кто его совершает.
- Но как?..
Я пожала плечами:
- Я никогда не согласилась бы на то, что он от меня хотел. Тогда он просто взял это силой.
Я снова была там, в прошлом. Перед глазами как кадры кинохроники прокручивалось то, что предназначалось только одному зрителю - мне. Я обхватила себя за плечи, словно защищаясь от воспоминаний.
- Я не хотела убивать Питера. Мне нужно было только остановить его. Но...
Я не могла позволить себе заплакать и глубоко вздохнула, прогоняя подступившие слезы:
- Но он не слышал меня.
- И что произошло? - ее голос прозвучал робко, еле слышно.
Кинопленка продолжала раскручиваться, снова и снова отсылая меня к событиям той ночи. Очень четкая, почти идеальная картинка на экране. Звуки. Краски. Запах спиртного и сигарет...
- Я так просила... я умоляла его остановиться, пожалуйста, остановиться, не делать мне больно, пожалуйста, не трогать меня... А он не слышал. Он просто не хотел слышать...
Я опять судорожно вздохнула, все еще борясь со слезами, вызванными гневом и болью. Прошлое снова поймало меня в ловушку как маленького зверька.
- Бейсбольная бита... Я держала бейсбольную биту у кровати... Питер работал по ночам, и я боялась. Боялась ублюдка, который влезет в дом и сделает то, что в конце концов сделал мой собственный муж. Я не собиралась... Я... в какой-то момент я потянулась за битой и ударила его. Просто, чтобы остановить. Понимаешь?
Мои пальцы, влажные от пота, вцепились в одеяло.
- И он действительно остановился. Он... как-то обмяк и навалился на меня.
Слезы обожгли щеки. Я вытерла их почти машинально.
- Я помню, было трудно дышать. Мне пришлось столкнуть его. Знаешь, он перевалился набок, словно тряпичная кукла. Глядя на него, я поняла, что ударила... слишком сильно.
Я всматривалась в карие глаза этой несчастной, и мне чертовски хотелось - всем сердцем, всей душой - увидеть здесь, сейчас глубокую синеву совсем других глаз.
- Я убила его.
- Нет, - прошептала Ниа.
- Да. Он был моим мужем, и я убила его.
Что-то во взгляде Ниа изменилось. Я с ужасом увидела там, в самой глубине, какую-то искру, пока еще слабый намек, только предположение. Она как будто пыталась примерить к себе то, о чем я рассказала.
- Нет! - моя рука метнулась к ее запястью. - Нет! И даже не думай! Не смей, Ниа! Поверь, это - худшее, что я сделала в своей жизни!
Но опасная искра по-прежнему тлела, хоть молодая женщина и постаралась придать своему лицу самое невинное выражение:
- Что ты! Ричард любит меня и никогда не совершил бы ничего подобного!
Я взглянула на нее, внезапно почувствовав себя очень старой. Моя рука легонько коснулась изуродованной щеки:
- Любовь не увечит, девочка. Только не так.
