«Спасите меня от этого», – подумал Брезан, несмотря на волну угрызений совести. Инессер понесла огромные потери, сражаясь против Джедао. (Нового Джедао? Джедао Номер Два? Номенклатура становилась проблемой. Не помогло и то, что Микодез небрежно упомянул, что его помощник Зехуни назвал нового пестрого котенка Джедао, очевидно, продолжая давнюю традицию называть своих кошек в честь печально известных убийц из фракции Шуос.) В любом случае самое меньшее, что он мог сделать, – это взвалить на себя часть административного бремени.
Так сложилось, что «спасение» пришло с неожиданной стороны. Заниин как раз демонстрировала ему бюллетень, словно нуждалась в его помощи для подбора правильных формулировок, когда раздался звонок.
– Извините, – сказал Брезан с притворным сожалением. – Я должен ответить.
Она скорчила гримасу.
– Ну конечно. – Но внимание к приличиям, приобретенное за всю предшествующую жизнь, одержало верх над любопытством магистрата. – Перезвоните мне, когда закончите.
– Естественно, – ответил Брезан, стараясь говорить небрежно. Его ладони стали липкими от пота. – Пожалуйста, открой линию 6–0. Запиши все.
Возможно, ему придется доложить о разговоре Инессер.
Последовала необычайно долгая пауза. Сеть сообщила, что устанавливает соединение. Затем Брезан увидел знакомое овальное лицо. Его внутренности от этого зрелища скрутило узлом: женщина с короткой, по-военному практичной, стрижкой, а не бобом, как в его воспоминаниях. Щеки запали, но взгляд бдительный. Ему потребовалось все самообладание, чтобы не закричать: «Где ты была все эти годы?» Одно дело – узнать от Кируев, что произошло, и совсем другое – увидеть ее собственными глазами.
– Здравствуйте, верховный генерал, – сказала Аджевен Черис.
– Привет, – сказал Брезан. Его попытка не дать враждебности просочиться в свой тон оказалась недостаточно успешной. Черис в ответ скорчила гримасу. – Прошло уже несколько лет.
– Не нужно преуменьшать значение того, что происходит вокруг меня, – сказала Черис. – Мы оба знаем, как долго меня не было.
– Раз ты снизошла до разговора теперь, – сказал Брезан, – я полагаю, это связано с грязным делом на мот-верфи Истейя.
– Да, я слышала об этом.
Брезан сердито посмотрел на нее.
– Нам бы не помешало предупреждение.
Он ненавидел ее невозмутимость. Она всегда была такой спокойной. Впрочем, когда в твоем черепе живет массовый убийца, нетрудно стать хладнокровным человеком. Очень жаль, что он не может позаимствовать хоть толику этого качества.
«Неужели я действительно мечтаю о Джедао в своей голове?» – спросил себя Брезан.
– Я была занята.
– Так мне сказала Кируев. С довольно большим опозданием.
Она одарила его улыбкой Джедао. Хотя Брезан знал, что она ничего не может с собой поделать, его желудок сжался от ужаса. Эта улыбка всю оставшуюся жизнь будет заставлять его вздрагивать.
– Вопреки некоторым драмам, верховный генерал, – сказала она, – я не читаю мысли. Скажи мне, что тебя беспокоит, чтобы мы могли перейти к самой важной части разговора.
Брезан с усилием сдержал гнев. Расправил плечи. «Представь, что Микодез смотрит». Этот способ всегда годился для подавления вспышек ярости. Он доверял Микодезу даже меньше, чем Черис. Его жизнь была полна ненадежных людей.
– Твоя помощь была мне нужна еще девять лет назад, – сказал Брезан. Он гордился ровностью своего тона. – Она бы многим людям не помешала.
– Да что ты, – сказала Черис.
Он ничего не мог с собой поделать. Он напрягся в ответ на полное отсутствие эмоций в ее голосе.
– Черт возьми, Черис, ты сбежала.
– У тебя было много помощников, – сказала она. – Кируев – прекрасный генерал, и ты это лучше всех знаешь. Рагат должен был стать генералом много лет назад. Я слышала, что ты его повысил.
– Конечно, – ответил Брезан. – У меня было не так много старших офицеров, чтобы я мог позволить себе игнорировать талант. – Из его уст это прозвучало забавно, потому что он сам никогда не был боевым офицером. Мало того, что послужной список Рагата говорил сам за себя, он к тому же получил высокую рекомендацию от людей, которым Брезан доверял. К его облегчению, Кируев и Рагат прекрасно поладили. Этого нельзя было сказать обо всех его генералах.
– Ну что ж…
– Я был бы очень признателен, если бы кто-то еще давал мне советы, помимо Микодеза.
Черис то ли выдохнула, то ли коротко рассмеялась.
– Я бы хотела рассказать тебе, чем занимаюсь, но мне пришлось хранить секретность ради целей операции. Теперь это излишне. Драма о Куджене, которую распространяют твои люди – клянусь лисами, она не так ужасна, как я ожидала, учитывая, с какой поспешностью пришлось ею заниматься. Но зачем твои анданские драматурги отдали Куджену все лучшие реплики? Не говоря уже о том, что актер просто великолепен. У него появились поклонники.
В его душе внезапно вспыхнула шальная надежда.
– Ты же не хочешь сказать, что звонишь сейчас, потому что избавилась от этого призрака, ревенанта, или как там называется хрень, в которую превратился Куджен, и мы все можем выйти из состояния повышенной готовности?
Оказалось, он размечтался.
