Орден пал и шесть лет спустя пал последний каратель. Он до конца следовал Кодексу и с честью прервалась его жизнь. Он готовился встретиться с братьями и сестрами на небесах, но неожиданно оказался в новом мире, заняв чужое тело. Ему был дан второй шанс, еще одна жизнь, и в ней он так же продолжит следовать наставлениям Ордена.
Орден забрал меня из приюта, когда мне было полгода. Я родился от дешевой уличной шлюхи и неудачника, который ее обрюхатил. Орден растил меня, воспитывал, сделал тем, кто я есть сейчас — карателем. Мрачным жнецом, убийцей во мраке, чистильщиком. У нас много имен.
Я прихожу за теми, кто потерял человеческий облик. Кто стал ближе к демонам, чем к людям. За чернокнижниками, приносящими кровавые жертвы темным богам. Лордами, сжигающими деревни дотла, когда те отказываются платить непомерную дань. Королями, морящих подданных голодом, пока сами купаются в роскоши.
Меня не ищут, я сам их нахожу. Нахожу и выношу приговор. Нас мало, но мы есть щит и карающий меч, оберегающий нравственность и выкорчевывающий несправедливость. Мы голос толпы, мы защитники слабых.
Нас обучали морали и искусству убийства. У нас есть Кодекс, он все для нас. Мы не знаем любви, не заводим семью. У нас нет дома и родины. Мы скитаемся по миру и боремся со злом. Мы не принадлежим себе. Мы добровольные рабы своей цели.
С тех пор как Орден пал, из года в год карателей становилось все меньше. На нас охотились, нас загоняли как диких зверей и убивали как скот. Не редкость было увидеть вывешенные на городской площади наши изуродованные трупы и головы, насаженные на пики. Однако мы не бросили свое ремесло и не переставали следовать цели. Мы будем бороться до конца, до последнего вздоха, и да помогут нам Боги.
Прошло шесть лет, и я остался один. Единственный, кто хранит свет Ордена, кто следует Кодексу. Но и меня скоро не станет. Преследователи все ближе, и я не могу от них сбежать. Они изучили нас, наши методы, знают все наши слабости. Они пользуются ими, умело расставляя ловушки, ведь понимают, что я не могу их проигнорировать. Даже осознавая, что иду на верную гибель, я не пройду мимо нуждающихся.
Мой конец близок. Братья и сестры, ждите, я иду к вам.
Я обнажил клинки-близнецы и рванулся в гущу врагов, сбивая на лету стрелы и копья. Огненный шар пронесся у плеча, опаляя волосы. Воздушные лезвия и ледяные осколки рвали доспехи, оставляя порезы по всему телу.
Орден не обучал карателей магии. Мы не могли воззвать к стихиям и использовать первородные силы. Мы практиковали телесное усиление. Мы сильны, мы быстры, мы неуязвимы к ядам. Нас очень сложно убить, но все же возможно.
Я прорубался через строй солдат, каждым взмахом лишая кого-то жизни. Кого-то, кто убивал, насиловал, грабил. Я не оплакивал их. Я купался в их крови, и она придавала мне сил.
На мне становилось все больше ран, и, тем не менее, я приближался к нему. Тому, кто пришел за мной и привел с собой целую армию. Он давно был в моем списке. Он был тем, кого я должен убить, даже если придется пожертвовать жизнью.
Мои мечи ковали лучшие гномьи кузнецы, а зачаровывали лунные эльфы. Они рубили сталь так же легко как плоть. Из-за чар, пока я убиваю, мое оружие невозможно разрушить. Клинки впитывают железо из крови и за счет него восстанавливаются.
Других таких мечей нет в природе. Они уникальны, и по ним в загробной жизни я буду скучать больше всего.
Если бы только у меня была такая же способность…. Но я терял кровь, много крови. Я слабел. Зрение расплывалось, мышцы наливались свинцом.
Еще чуть-чуть. Еще немного. Я должен продержаться. Вот он, он передо мной. В его глаза должен быть страх.
Тогда почему его нет? Почему он улыбается? Не важно, скоро он умрет.
Я оттолкнулся от земли и взлетел. Перелетел через головы солдат, устремившись к рыцарю в блестящих серебряных доспехах верхом на белом как снег жеребце. Его рука легла на рукоять меча. Он потянул его из ножен.
И тогда я понял, что это ловушка. Не было скрежета, когда меч покидает ножны. Это определенно иллюзия.
Однако было уже слишком поздно. Я был в воздухе и не мог остановиться.
Рыцарь и конь исчезли подобно миражу. На их месте стояли два мага. Один в черной мантии расшитой золотыми нитками, другой в простой белой робе. Магистры Света и Тьмы, противоположные силы, извечные враги, они объединились, чтобы избавиться от меня.
Такое не каждый день увидишь. Что ж, я польщен. Нет, правда.
Густой черный дым и яркий белый луч света, вращаясь и переплетаясь между собой, ударили одновременно. В местах, где две силы касались друг друга, искажалось само пространство.
Моя плоть закалена, и магия ослабевает, вступив с ней в контакт. Однако у всего есть предел. И их совместная атака его превысила.
Кожу и мышцы разъело. Кровь испарилось. В моей груди зияла огромная сквозная дыра.
Это был конец, и вся моя жизнь в тот миг пронеслась перед глазами. Я видел все, что сделал. Видел всех, кого убил и кого спас. И лишь испустив последний вдох, я задумался: «Чего я на самом деле добился? Ради чего сражался? Зло как было, так и осталось. Мы срубали траву, но не корни».
— Все было напрасно.
Это была моя последняя мысль. Душа покинула тело.
Я открыл глаза, и яркий свет ударил в них, ослепляя меня.
— Я… не умер?
