Раны в его теле заставили покачать головой. Не время для разговоров.
– Позволь привести целителей. Тобой должны заняться.
– Ты важнее всего этого. Ты действительно в порядке?
Судя по его напряженному подбородку, было ясно, что он не отступит. И без сомнений, если она уйдет за хирургом, Тормент последует за ней, оставляя за собой дорожку из крови, отнюдь не лишней.
Ноу-Уан пожала плечами.
– Я даже подумать не могла, что…
Она не закончила, реалии всей ситуации нахлынули на нее. Его эрекция, испытанное им удовлетворение… все это связано с его шеллан, не так ли? Она сказала, что Веллесандра может встать между ними, и Тормент ясно дал понять, что не желает никого кроме своей шеллан: казалось, он был сосредоточен на Ноу-Уан, но по всей вероятности просто проецировал на нее чужой образ.
Произошедшее не имело к ней никакого отношения.
И в действительности, это не должно было беспокоить ее. В конце концов, она сказала ему, что хочет именно этого.
Так почему она чувствовала себя на удивление расстроенной?
– Я в порядке. – Ноу-Уан встретила его взгляд. – Клянусь. А сейчас, могу я позвать целителей? Я не смогу спокойно вздохнуть, пока они не позаботятся о тебе.
Его глаза сузились. Но потом он кивнул.
– Хорошо.
Она отвернулась с напряженной улыбкой.
Когда она дошла до двери, Тормент окликнул ее:
– Ноу-Уан?
– Да?
– Я хочу отплатить тебе тем же.
И от его слов она замерла на месте.
***
Сердце Тора тоже застыло.
Ноу-Уан стояла у двери, спиной к нему, и он не мог поверить в то, что вырвалось из его рта… но это была чертова правда, и он останется верен своему слову.
– Я знаю, что ты возвращаешься в Святилище, чтобы позаботиться о своей нужде в крови, – сказал он. – Но этого не может быть достаточно. Не сегодня ночью. За последние сутки я взял у тебя слишком много.
Когда женщина не ответила, он уловил ее запах и был вынужден проглотить ответный рык, зародившийся в горле. Тор сомневался, что она осознавала это разумом, но реакция ее тела была ясна как божий день: оно хотело того, что он мог предложить.
Отчаянно.
Но только… Господи, во что он лезет? Он собирался кормить кого-то кроме своей Велси?
Нет, нет, нееееет, секс тут совсем ни при чем. Он просто хотел позаботиться о ней, потому что она дала ему свою вену. Дело только в крови… это и так выбивало его из колеи, спасибо великодушное.
Ты так уверен в этом? – спросил тоненький голосок.
Он уже собрался послать себя самого ко всем чертям, когда в голове всплыла дерьмовая лекция Лэсситера: Ты
Тор прокашлялся.
– Я говорю серьезно. Сейчас я хочу тебе помочь. Это банальная биология…
Да ладно? – требовательно спросил тот голос.
Катись к дьяволу…
– Что, прости? – спросила Ноу-Уан, смотря на него через плечо, ее брови взлетели до потолка.
Блеск. Значит, он говорил вслух.
– Слушай, – сказал Тор. – Вернись ко мне после того, как меня подлатают. Я буду в своей комнате.
– У тебя может оказаться больше ранений, чем тебе известно.
– Нет, я здесь уже бывал. И не раз.
Она подняла капюшон.
– Тебе нужна сила, чтобы восстановиться.
– Ты дала мне больше, чем необходимо для нас обоих. Кончи со мной... в смысле…
Твою дивизию. Черт.
– Приходи ко мне.
Повисла длинная пауза.
– Я приведу целителя.
Когда Ноу-Уан ушла, его голова откинулась назад… и рухнула на твердый подголовник каталки, глухой стук вибрацией прошелся по его черепу. Острая боль была приятна. Поэтому он повторил движение.
Манелло зашел в смотровую комнату.
– Вы двое закончили?
В голосе парня отсутствовал сарказм – Тор оценил бы это, если бы до него не дошло, что он испачкал все простыни.
– Окей, здоровяк, разберемся с тобой. – Хирург натянул латексные перчатки. – Я сделал рентген, пока ты был в отключке, и с радостью могу сообщить, что в тебе всего две пули. Грудь и плечо. Поэтому я удалю свинец, а потом заштопаю оставшиеся входные/ выходные раны. Плевое дело.
– Сначала мне нужно умыться.
– Это моя работа, и, поверь на слово, у меня достаточно дистиллированной воды, чтобы смыть с тебя всю кровь, и даже останется на мойку авто.
– Ага… эм… я говорю о грязи иного рода.
Это напомнило торможение со скрипом. Когда выражение Манелло мгновенно перешло с расслабленного к решительно профессиональному, стало очевидно, что сообщение дошло до адресата.
– Хорошо. Принести свежую простыню?
– Да. Спасибо.
Гребаный ад. Он покраснел. Либо так, либо пуля зацепила его лицо, а он заметил это только сейчас.
Когда чистая простыня неловко сменила руки, мужчины не обменялись взглядами… а потом Манелло нашел себе занятие у столика из нержавеющей стали, скрупулезно проверяя иголки и шовный материал, ножницы и стерильные упаковки, разложенные на поверхности.
Изумительно наблюдать, как секс может превратить двух взрослых мужчин в подростков.
