Возрождённый дракон полностью

Ранд сжался в ночи под деревьями, наблюдая за широкогрудым чёрным псом, приближающимся к его укрытию. Ныла в боку рана, не до конца Исцелённая Морейн, но он не обращал на это внимания. Света луны едва хватало, чтобы разглядеть пса, высотой человеку по пояс, с толстой шеей и массивной головой, с клыками, сверкавшими в ночи, точно начищенное серебро. Собака втянула ноздрями воздух и потрусила к нему.

Ближе, подумал Ранд. Подойди ближе. Не станем предупреждать твоего хозяина в этот раз. Ближе. Вот так. Пёс был всего в десяти шагах, и вот, в груди его заворочалось глухое рычание, и он внезапно рванулся вперёд. Прямиком к Ранду.

Сила переполнила Ранда. С вытянутых рук сорвалось нечто, неведомое ему самому. Полоса белого света, твёрдого, точно сталь. Жидкий огонь. На миг, очутившись в сердцевине этого "нечто", пёс стал прозрачным и тут же исчез.

Белый свет померк, оставив послеобраз, горящий перед взором Ранда. Он осел спиной на ствол ближнего дерева, чувствуя щекой его грубую кору, сотрясаясь от облегчения и беззвучного смеха. Сработало. Сохрани меня Свет, на сей раз сработало. Сила давалась не всегда. В эту ночь были и другие псы.

Единая Сила так и билась в нём, кипела, и от пятна порчи Тёмного на саидин у Ранда скрутило желудок, жаждущий вывернуться наизнанку. На лице, несмотря на охлаждающий ветер ночи, бусинками проступил пот, а болезненный привкус ощущался даже во рту. Ранда так и тянуло повалиться наземь, умереть. Хотелось ему, чтобы Найнив дала ему какое-нибудь снадобье, или чтобы Морейн Исцелила его, или… Хоть что-то, хоть что – нибудь, пусть исчезнет удушающее чувство тошноты.

Однако саидин затоплял его и жизнью, через слой болезненности пробивалась жизнь, энергия и осознание всего. Жизнь без саидин была лишь бледной копией. Всё прочее становилось серой подделкой.

Но они смогут найти меня, если я продолжу его удерживать. Выследят, отыщут меня. Я должен добраться до Тира. Там я всё выясню. Если я Дракон, там и придёт конец всему. А если нет ... Если всё это ложь, то и с ней тоже будет покончено. Конец всему.

С неохотой, как можно медленнее Ранд стал разрывать свою связь с саидин, сбрасывая его объятия, словно лишаясь дыхания, дарящего ему жизнь. Ночь показалась серой. Тени утратили резкость своих границ, размылись, сливаясь вместе.

Где-то к западу, в отдалении, завыла собака – словно захлёбывающийся плач средь безмолвной ночи.

Ранд медленно поднял голову. Он стал вглядываться в ту сторону, как будто смог бы разглядеть пса, если бы постарался.

Первой собаке ответила другая, затем третья, потом послышались ещё два воя в унисон; все они были из разных мест с западной стороны от Ранда.

– Преследуй меня, – прорычал Ранд. – Трави, коли хочешь. Но я добыча не из лёгких. Теперь уже нет!

Оттолкнувшись от дерева, он пошёл вброд через мелкий ручей с ледяной водой, а затем направился на восток ровной, размеренной рысью. Холодная вода наполнила его сапоги, а рана в боку болела, но ни на то, ни на другое он внимания не обращал. Ночь за его спиною вновь была тиха, но и это было ему безразлично. Охоться на меня. Я ведь тоже могу поохотиться. Я - добыча не из лёгких.

Глава 10

Секреты

Забыв на мгновение о спутниках, Эгвейн ал'Вир привстала в стременах в надежде окинуть взглядом далёкий ещё Тар Валон, но смогла разглядеть лишь нечто смутное, белеющее на лучах утреннего солнца. И всё же, именно там, на острове, и должен стоять город, ибо одинокая гора с расколотой вершиной, называемая Горой Дракона, вздымающаяся средь холмистой равнины, появилась на горизонте вчера после полудня, а стояла она на том берегу реки Эринин, что был ближе к Тар Валону. Эта гора и была ориентиром, - одинокий сломанный клык, торчащий из бугристой равнины - легко заметный за много миль, без труда избегаемый даже теми, кто направляется в Тар Валон.

Сказано было, что Гора Дракона высится на месте гибели Льюса Тэрина Убийцы Родичей, упоминали о Горе и другие предания, слова пророчеств и предостережений, - причин держаться подальше от её чёрных склонов было с лихвой.