Шла уже, наверное, полдня, и вышла в поле, а за ним опять лес. К вечеру я уже еле двигалась, долго не протянешь на подножном корме. И только когда стало смеркаться, я увидела деревню, дошла до крайней избы и постучала, а вот как открыли, уже не помню, потеряла сознание.
Пришла в себя, открыла глаза и увидела, что лежу в комнате на кровати, мягкий матрас(что в него засунули? он немного колется), окно, еще кровать, стол, сундук и стул. Стены бревенчатые, между бревнами, мох, или еще что — то, не знаю.
Я поднялась и села, вошла старушка, сухонькая, небольшого роста, голова седая, но глаза смотрят молодо. Одета в синюю юбку, кофта серого цвета с вышивкой, на ногах подобие тапочек.
— Проснулась, подкидыш? — с улыбкой спросила она.
— Здравствуйте, почему подкидыш?
— Так открываю дверь, а ты там лежишь. Ну, точно, так маленьких детей подкидывают. Я потихоньку тебя в дом затащила, сил уж не много у меня. А ты не приходишь в себя. Я тебя водичкой побрызгала, вроде глаза открыла. Но взгляд у тебя был ничего не соображающий. Но мы с тобой всё же дошли, еле, еле до кровати. Я тебя раздела, вот на сундуке сорочка лежит, оденешь. А пока ты поешь, а я пойду по делам, вернусь, поговорим. Зовут тебя, как? — спросила она.
— Я не помню.
— Меня зовут Марта, живу тут одна. Ладно, приду, там и решим.
Марта ушла, а я поела и…, а где тут удобства…Я быстро одела сорочку и вышла в другую комнату. Ну, что ж, стол, печка, стулья, полки, посуда, да….бедновато живет Марта. В доме удобств нет… я осторожно вышла во двор, и увидела там маленькую сарайку. Заглянула, а там дырка в полу и рядом чашка с какими-то листьями. Я захихикала, удобства дикого человека. Ну ладно, хоть не в кустики.
Сделав свои дела, вернулась. Марты еще не было, и я уснула, сказался марафон по лесу. Проснулась под вечер, на кухне(это второе помещение) слышался шум, значит, хозяйка пришла. Я вышла к ней, она что-то готовила на плите. Увидев меня, она улыбнулась и сказала:
— Садись, поужинаем, а там и разговоры разговаривать будем.
Я кивнула и села за стол. Она подала чашку, там была каша с овощами. Мы молча поели, и она налила отвар.
— Ну что, память не вернулась? — спросила она.
— Нет, ничего не помню. Помню только, как очнулась в подземелье, — ответила я.
— В каком подземелье? — с изумлением спросила она.
И я рассказала ей все: и про девчат, и про продажу, и про побег, и про лес.
— Так, кто посмел продавать женщину? У нас за такое смертная казнь. И так мало женщин в мире. И закон оберегает нас, — с негодованием говорила она.
— Лори Клаур и Лекс, только не знаю, фамилия это или имя, — ответила я.
— Нет, таких у нас в округе нет. Да и приставка лори — это только в королевстве людей.
— А здесь что? — с удивлением спросила.
— Это королевство гномов. Король у нас Густав ви Гор. У него два сына Фронс и Ким. Эти наследные принцы. Есть и не наследные. Жену зовут Сатрана, ну и побратимы есть. Хотя у нас многомужество, но на престоле сидит мужчина, но королева тоже имеет голос. И есть закон, который защищает женщин. Женщина может заниматься бизнесом, и никто не имеет право ее насильно выдавать замуж. Ну, где-то и кто-то и нарушают это правило.
— Расскажите про королевство, — попросила я.
— А что о нем рассказывать. В основном горы, там работают гномы, добывая камни и золота. Живут в основном поближе к горам, но живут и на равнинах, здесь они занимаются изготовлением украшений, очень ценятся они в мире, нет им равным. Но у них могут работать и люди, если есть талант. Изготовлением украшений занимаются те, кто имеет дар огня или металла, а у кого сильный дар металла и земли, те в горах имеют ценность. Территория королевства небольшая. Столица королевства Торин. У нас деревня называется Лесно. Здесь живут в основном люди и полукровки, кто разводит скот, кто в лес на охоту ходит, держат живность, выращивают овощи. Я вот осталась одна, была дочка, но ушла в город, и от нее нет уже долго вестей. А ты так и не вспомнила свое имя? — с заботой спросила Марта.
— Нет, не помню, — ответила я.
— И идти тебе некуда, — подвела итог она.
Я кивнула, и как-то тоскливо стало на душе.
— Я травы знаю, могу по запаху их определить, может, и отвары какие вспомню. Можно я у вас останусь, ну хотя бы на первое время? — с надеждой спросила я.
— Травы говоришь. Я тоже в травах разбираюсь, мать научила.
Она встала и пошла к полке, достала мешочки и протянула мне.
— На ка определи.
Я открыла один из мешочков, понюхала и сказала:
— Мята, — затем стала открывать другие.
— Ромашка ли романок, не знаю, как у вас они называются.
— Лами.
— Ши.
— Могильник.
— А ты, может, была травницей? Все травы назвала правильно, — с удивлением сказала она.
— Не знаю, — со вздохом ответила я.
Она замолчала и внимательно смотрела на меня.
— А знаешь, будешь мне внучкой. Сходим к старосте, и запишем тебя на мою фамилию. Скажу, что тебя моя дочь отправила ко мне. Имя тебе подобрать бы. Мириита. Будешь, Мириита Левсес. Ну как, устраивает? — спросила она.
— Да, устраивает. А если вспомню свое имя?
