Удобного случая переговорить с Джеймсом так и не представилось. Когда он наконец заявился домой, она уже видела десятый сон.
На следующий день Соня позвонила Мэгги и призвала подругу к ответу:
– Тебя почему вчера на уроке не было?
– Давай не сейчас, расскажу, когда встретимся за бокальчиком, – загадочно ответила та. – В половине девятого в «Грейпс»?
В тот вечер Мэгги интересовала всего одна тема для обсуждения, и стоило подруге появиться в дверях, Соня тотчас поняла какая. Мэгги прямо-таки светилась довольством. Когда она видела подругу в последний раз, в ее глазах стояли слезы. Сегодня они сияли от радости.
– Ну так что там у тебя стряслось? – выжидающе спросила Соня.
Она уже купила бутылку вина и теперь налила бокал Мэгги, та тут же подняла его и чокнулась с Соней.
– Ну… В субботу звонил Пако. Вроде как у него в тот вечер сломалась машина, и он не смог добраться до клуба… И мобильный у него не ловил. Он так каялся, так извинялся. Сильно-сильно.
– Ну и хорошо. И правильно, учитывая, как ты тогда из-за него расстроилась.
– Только это еще не все. Он хочет, чтобы я снова приехала – и на этот раз остановилась у него.
Соня помедлила. Хоть она и знала, что Мэгги при принятии решений здравый смысл в расчет никогда не брала, все-таки чувствовала, что порою к нему воззвать не помешает, осмотрительность проявить опять же, и эта задача выпадала именно ей, Соне.
– Ты и в самом деле думаешь, что это хорошая мысль?
Мэгги посмотрела на подругу с некоторым недоумением.
– Ни одного веского довода, почему не стоит ехать, мне в голову не приходит, – сказала она. – Вообще-то говоря, я подумываю над тем, чтобы все бросить и перебраться туда насовсем. Давненько уже подумываю.
– А как же Кэнди?
– Кэнди хочет съехаться с приятелями из художественного училища, так что сильно по мне скучать не будет.
– А что с работой?
– Я – свободный художник. Могу хоть завтра все свернуть. Да и жизнь в Испании удивительно дешевая. А у меня и кое-какие накопления имеются.
– По мне, слишком быстро все происходит.
– Да, но, Соня, давай уж начистоту. Что я теряю?
Мэгги была права. Жизнь ее не имела четких границ. В то время как Соня была связана по рукам и ногам, Мэгги здесь почти ничего не держало. Финансовых обязательств она не имела, да и дочь ее уже была вполне самостоятельной.
– Даже если с Пако не сложится, – размышляла она, покручивая бокал с вином, – я хотя бы буду жить в стране, которую люблю.
С точки зрения Сони, причин отговорить Мэгги от поездки было всего две: во-первых, она будет скучать по подруге, а во-вторых, она сомневалась в искренности испанца.
Соня умолчала об обеих. К концу вечера выяснилось, что Мэгги уже забронировала билет на самолет. Это лишний раз подтвердило смутные подозрения Сони: ее мнение ровным счетом никого не интересовало.
Мэгги была настолько увлечена своими радужными планами, что Соне только к концу вечера удалось рассказать ей о своих неприятностях с Джеймсом.
– Значит, вы поругались почти сразу, как ты вернулась домой? Из-за пометок в книжке? И он решил, что ты закрутила интрижку с каким-то официантом?
– Если в двух словах, – смущенно подтвердила Соня.
– Цирк, да и только. Ну идиот же, в самом деле, не в обиду тебе будет сказано.
– Да я и не обижаюсь. Не то чтобы ты раньше скрывала, какого о нем мнения, – засмеялась Соня.
– Ну и что ты решила с занятиями по пятницам? – допытывалась Мэгги, словно только это ее и интересовало.
– С ужасом представляю, как скажу ему об этом. Но я просто не могу на них не пойти. Не отказываться же мне вообще от танцев, правда?
– Нет, конечно. Я позвоню тебе на следующей неделе и рассчитываю услышать, что ты приняла верное решение.
Подруги прикончили бутылку вина и доели скромную порцию отличных оливок, которые заказали в память о своей поездке в Испанию.
На тротуаре они обнялись.
– Береги себя, Мэгги, – сказала на прощание Соня. – Не пропадай, ладно?
– Знамо дело, не пропаду. А ты обязательно приезжай в гости. Не приедешь – сама сюда прилечу и силком увезу с собой.
Через десять дней, приведя все дела в относительный порядок, Мэгги устремилась навстречу объекту своего страстного увлечения.
Соня подсчитала, сколько недель уже не навещала отца. С тех пор как она в последний раз виделась с Джеком, прошло почти два месяца, и ее затопило чувство вины, которое ей, как единственному ребенку, разделить было не с кем.
Жаль, что он не живет поближе, но Джек всегда уверял ее, что всем доволен и совершенно не хочет съезжать с насиженного места, где он родился и прожил всю сознательную жизнь. Время от времени Соня задумывалась, что случилось бы, начни здоровье ему изменять; пыталась представить, как он переезжает жить к ней с Джеймсом. Вот только картинка эта никак не желала складываться. Оставив за спиной тенистые улочки Уондсворта и проезжая через Бэлем, Тутинг и Норвуд, она напомнила себе держать язык за зубами по поводу своих проблем с Джеймсом – не стоит расстраивать отца.
