– Дедушка Изильды, старик, умерший два года тому назад, назывался Мальрейхом, это та же самая фамилия – переделанная по-немецки.
– Да, совершенно верно. Дедушка Изильды был сыном или внуком французского слуги, писавшего дневник, и таким образом он попал в руки Изильды.
Он стал перелистывать книгу.
«15 сентября 1796 г. Герцог ездил верхом. Подавали Купидона».
«20 сентября 1796 г. Его Высочество герцог охотился».
– Черт возьми, – пробормотал Люпен, – пока не очень увлекательно. Он читал дальше.
«12 марта 1803 г. Я послал десять экю Герману. Он сейчас поваром в Лондоне».
Люпен расхохотался:
– Ого, Герман лишен трона, и почтительность слуги исчезла.
– Действительно, великий герцог, – заметил Вольдемар, – был изгнан из своих владений французскими войсками.
Люпен продолжал:
«1809 г. Сегодня, во вторник, Наполеон ночевал в Вельденце. Я готовил постель Его Величеству и утром убирал после него комнату».
– А, – сказал Люпен, – Наполеон останавливался в Вельденце?
– Да-да, по пути к своей армии, во время австрийского похода, закончившегося Ваграмом. Этой честью герцогская фамилия впоследствии очень гордилась.
Люпен читал дальше:
«28 октября 1814 г. Его Королевское Высочество возвратились в свои владения.
29 октября 1814 г. Сегодня ночью я провел Его Высочество к тайнику и был очень счастлив показать ему, что никто не догадался о существовании тайника. Впрочем, кому может прийти в голову, что он сделан в…»
Люпен с криком остановился: Изильда вырвалась из рук державшей ее стражи, выхватила у Люпена книгу и бросилась бежать.
– Бегите за ней вниз… я пойду по коридору…
Но она заперла за собою дверь на замок и задвижку. Пришлось идти по коридору мансард в поисках лестницы, чтобы спуститься в бельэтаж. Одна из квартир была пустой и оказалась открытой, но наружная дверь была заперта, пришлось стучать, ломать замки, в то время как Вольдемар с саблей в руках старательно обыскивал комнаты, поднимал занавеси и переставлял мебель.
Вдруг послышались крики на первом этаже, и все бросились туда. Звала жена одного из офицеров, утверждая, что Изильда у нее в квартире.
– Как вы это узнали? – спросил Люпен.
– Я возвращалась к себе, но нашла дверь запертой, и изнутри слышались звуки шагов. Действительно, дверь была заперта.
– Скорее… через окно… в какое-нибудь из окон! – закричал Люпен. Выбежав наружу, он выхватил саблю из рук Вольдемара и одним ударом разбил стекло.
Поддерживаемый двумя солдатами, он вскарабкался, отворил окно и прыгнул внутрь комнаты. Около камина в отблеске пламени он увидел Изильду.
– О, безумная! – воскликнул он. – Она бросила книгу в огонь.
Грубо оттолкнув ее, он хотел вытащить книгу, но только обжег себе руки. Тогда при помощи щипцов он все-таки вытащил ее из камина и стал тушить, заворачивая в ковер. Но было слишком поздно. Листы старинной книги истлели и обратились в пепел.
Люпен долго смотрел на Изильду.
– Можно подумать, будто она знает, что делает, – сказал граф.
– Нет-нет, она не понимает. Вернее всего, дедушка завещал ей беречь эту книгу как драгоценность, которую никто не должен видеть, и инстинктивно она предпочла лучше бросить ее в огонь, чем отдать кому-нибудь.
– Ну а теперь?
– Что «теперь»?
– Да вы не найдете, где спрятаны письма.
– Ах, дорогой граф, вы только что видели, что я почти достиг цели. И конечно, не считали меня обманщиком. А теперь? Будьте спокойны, Вольдемар. Люпен никогда не теряется. Я найду письма.
– До двенадцати часов завтрашнего дня?
– До двенадцати часов ночи сегодня, а сейчас я умираю от голода, и вы были бы очень добры, дорогой граф…
Его провели в большую комнату, столовую унтер-офицеров, и подали сытный обед, а граф в это время отправился с докладом к императору.
Через двадцать минут Вольдемар вернулся, и они оба сидели друг против друга молча и задумавшись.
– Вольдемар, нельзя ли хорошую сигару? Благодарю… Он закурил сигару и через две минуты сказал:
– Вы можете курить, граф, это меня не беспокоит.
Прошел час. Вольдемар дремал и время от времени, чтобы разогнать сон, выпивал рюмку коньяку.
Часовые расхаживали взад и вперед.
– Кофе, – приказал Люпен. Ему принесли кофе.
– Фу, какой скверный! – проворчал он. – Неужели это пьет император? Еще чашку, пожалуйста. Вольдемар, придется посидеть сегодня ночь. А! Какой скверный кофе.
Он закурил сигару и замолчал.
Время шло, он не двигался и не говорил ни слова.
Вдруг Вольдемар вскочил и закричал с возмущенным видом:
– Эй! Встать!
Люпен в это время насвистывал что-то и продолжал насвистывать.
– Встать! Вам говорят!
Люпен обернулся. В комнату входил император. Он встал.
– Ну как?..
– Я думаю, Ваше Величество, еще немного времени – и письма будут у вас.
– Что? Вы знаете, где спрятаны письма?
– Теперь почти. Еще некоторые подробности от меня ускользают… Но на месте все выяснится.
– Нам оставаться здесь?
– Нет, я осмелюсь попросить Ваше Величество пройти со мной в замок. Но еще есть время, и, если Ваше Величество позволит мне, я обдумаю два-три пункта.
Не ожидая ответа, к великому ужасу Вольдемара, он сел.
