– Я считаю, Кессельбах. Раз, два, три, четыре, пять, шесть, с… Рудольф Кессельбах сделал знак.
– Что? Ты хочешь говорить?
– Да.
– Как раз время. Ну-с, шифр… слово, необходимое, чтобы отпереть шкаф.
– Долор.
– Долор… Долор… Не зовут ли госпожу Кессельбах Долорес? Приезжай, милая… Марко, слушай меня внимательно. Сейчас ты отправишься к Жерому, который ждет тебя в бюро омнибусов, передашь ему ключ, назовешь шифр и вместе пойдете в «Лионский кредит». Жером войдет туда один, распишется там, спустится в кладовую и возьмет все содержимое несгораемого шкафа. Понял?
– Да. Ну а если шкаф не откроется при этом шифре, слово «Долорес» не…
– Погоди, Марко. После того как Жером выйдет из «Лионского кредита», ты оставишь его, пойдешь к себе и сообщишь мне по телефону о результате операции. Если же окажется, что шкаф заперт другим шифром, у меня будет с моим другом Рудольфом Кессельбахом особый разговор. Кессельбах, ты уверен в том, что не ошибся?
– Да.
– Отправляйся, Марко.
– А как же вы, начальник?
– Я? Я останусь. Никогда я не был в такой безопасности, как теперь. Не правда ли, Кессельбах, ты ведь строго распорядился никого не впускать?
– Да.
– Черт возьми! Ты слишком поспешно отвечаешь, мой милый. Может быть, ты старался только выиграть время? Тогда я попался в ловушку, как идиот…
Он задумался, внимательно посмотрел на своего пленника и сказал:
– Нет, это невозможно, нам никто не помешает…
Не успел он закончить, как зазвонил звонок входной двери. Моментально он положил руку на рот Кессельбаха:
– А, старая лисица, ты ждал кого-то!
В глазах связанного блеснул луч надежды, казалось, он усмехался, несмотря на руку незнакомца, мешавшую ему дышать.
Незнакомец задрожал от бешенства.
– Молчи, а не то я тебя задушу. Марко, заткни ему рот. Живо!
Снова раздался звонок. Незнакомец закричал, подражая Кессельбаху:
– Да отворяйте же, Эдуард!
Он тихо прошел в переднюю и шепотом, показывая на секретаря и слугу, сказал:
– Марко, помоги мне отнести их туда, в комнату, чтобы их не было видно. Он сам взял секретаря, а Марко – лакея.
– Отлично, теперь иди в гостиную. – Незнакомец снова вышел в переднюю и сказал громко:
– Но вашего лакея нет здесь, Кессельбах. Не беспокойтесь, заканчивайте письмо, я сам отворю.
И он спокойно открыл входную дверь.
– Господин Кессельбах? – спросили его.
Перед ним стоял здоровенный мужчина, с веселым, живым лицом. Он переминался с ноги на ногу и мял в руках поля своей шляпы.
– Да, здесь. Как о вас доложить?
– Господин Кессельбах ждет меня, он звонил мне…
– Ах, так это вы… будьте добры подождать одну минуту, я сейчас скажу, и господин Кессельбах выйдет к вам.
Незнакомец был настолько дерзок, что оставил пришедшего на пороге передней, откуда он мог видеть через открытую дверь часть гостиной, а сам медленно, не оборачиваясь, прошел в гостиную, где был его товарищ рядом с Кессельбахом.
– Мы пропали, – тихо сказал он, – это Гурель, из сыскной полиции.
Марко схватился за нож, незнакомец остановил его:
– Не делай глупостей, слышишь. У меня есть одна мысль. Только ради бога пойми меня, Марко. И говори… говори, как если бы ты был Кессельбахом… Ты понимаешь, Марко, ты – Кессельбах.
Он говорил с таким хладнокровием и силой, что Марко понял без дальнейших объяснений роль, которую он должен был сыграть, и сказал умышленно громко:
– Вы извините меня, мой дорогой, – скажите Гурелю, что я очень огорчен. Я слишком, слишком занят… Я прошу его зайти ко мне завтра утром в девять часов.
– Хорошо, – прошептал другой.
Он возвратился в переднюю и сказал Гурелю, слышавшему, что говорил Марко:
– Господин Кессельбах извиняется. Он заканчивает одну очень важную работу. Не можете ли вы прийти завтра утром, в девять часов?
Наступило молчание. Гурель, по-видимому, был удивлен и колебался. Рука незнакомца в кармане сжалась в кулак: один подозрительный жест Гуреля – и он бы ударил его.
Наконец Гурель сказал:
– Хорошо… Завтра в девять? Хорошо, я буду здесь. И, надев шляпу, он пошел по коридору отеля.
Марко в гостиной задыхался от смеха.
– Вот ловко, патрон! А здорово мы его провели!
– Не теряй времени, Марко, пойди проследи за ним. Если он выйдет из отеля, ты его оставишь и отправишься к Жерому, как мы условились.
Марко быстро ушел.
Тогда незнакомец взял с камина графин с водой, налил себе большой стакан и выпил его залпом, потом намочил платок, вытер пот, покрывший его лоб, и, сев рядом со своим пленником, сказал с преувеличенной вежливостью:
– Необходимо, однако, представиться вам, господин Кессельбах, – и, вынув визитную карточку из кармана, прибавил: – Арсен Люпен, вор-джентльмен.
Имя знаменитого искателя приключений произвело наилучшее впечатление на Кессельбаха. Люпен заметил это.
