– Около пяти.
– Хорошо, значит, я еще увижусь с ним. Уезжать мне только завтра утром.
Бидди поглядела на собаку. Ее собаку. Она произнесла ее имя – колли села и, улыбаясь, застучала по полу пушистым хвостом. Глаза собаки, один на белой стороне морды, другой на черной, были слегка разного цвета, и это придавало ей очень милое и забавное выражение – Мораг словно бы вам подмигивала.
– А ты милашка, – сказала Бидди собаке.
– Ты ей нравишься, сразу видно.
Боб, вернувшись с охоты, был так рад встретить дома сына, что едва заметил колли. А когда до него наконец дошло, что Мораг собирается остаться у них навсегда, хитрец Нед уже успел почистить ему охотничье ружье и тем самым пресек на корню всякие возражения с его стороны.
Это, однако, совсем не значило, что у Боба не осталось никаких сомнений.
– А она не будет разводить нам грязь по углам?
– Да что ты, па! Она будет делать все свои дела в саду.
– А где она будет спать?
– На кухне, скорей всего. Я куплю ей корзину в Бави-Трейси. И коврик. И ошейник с поводком. И собачью миску. И еще собачьей еды…
Но Боб понял, что сын и так немало потратился на собаку, не говоря уже о плате ветеринару, да еще выпросил драгоценное увольнение специально ради того, чтобы привезти колли домой. При мысли о том, какую еще сумму предстоит Неду извести из своего нелегко достающегося жалованья младшего лейтенанта, отец сдался.
– Нет, я сам. – Он взглянул на часы. – Так… сегодня у нас суббота. Мы как раз успеем заглянуть в скобяную лавку, пока она еще открыта. Экипируешь пса на свой вкус. Плачý за все я.
С тех пор прошло уже два месяца, и теперь Бидди с трудом могла представить, как бы она жила без Мораг. Колли оказалась покладистым и неприхотливым созданием, она обожала долгие прогулки с хозяевами, если же ни у кого не было настроения совершать моцион или намечалась игра с друзьями в бридж, то собака беспечально резвилась в саду. Сегодня Мораг осталась без прогулки: невзирая на прекрасную погоду, Боб почти весь день просидел дома – разобрал бумаги у себя на столе, навел порядок в шкафах, отсортировал на выброс сношенную и ненужную одежду. Покончив с этими делами, взялся за гараж, давно ждавший генеральной весенней приборки. Дабы избавиться от образовавшейся в результате кучи хлама, он развел костер, а все, что нельзя было сжечь – сломанные косы, старые канистры из-под бензина, трехколесный велосипед без одного колеса и ржавую газонокосилку, – сложил у черного входа до очередного приезда мусорного грузовика.
Подноготная этой деловитости для Бидди была яснее ясного. Она очень хорошо понимала своего мужа и знала, что он всегда развивает бешеную деятельность, когда его гнетет тревога, – таким образом он старался отвлечься от тягостных мыслей. Она следила за ним из окна кухни, и на душе у нее было тяжело. Казалось, он уже точно знает, что война неизбежна, и накануне битвы наводит лоск на своем корабле.
Но в конце концов все, что можно, было переделано, и Боб прошел на кухню, собираясь взбодриться чашкой чая. Тогда-то и позвонила Джудит. Телефон находился в холле, и Бидди вышла туда, чтобы ответить на звонок.
– Кто это? – поинтересовался Боб, когда она вернулась.
Бидди села и отхлебнула чаю, который успел совсем остыть.
– Джудит.
– Что сказала?
– Она хочет приехать. Сейчас. Сегодня же. Едет из Корнуолла на своей машине. Сказала, что прибудет около десяти.
Густые брови Боба поползли вверх.
– Что случилось?
– Понятия не имею.
– У нее был нормальный голос? Тебе не показалось, что она расстроена?
– Нет. – После секундного раздумья она добавила: – Пожалуй, только излишне возбуждена. Взвинчена как-то.
– Она сказала, в чем дело?
– Нет. Сказала, что все объяснит, как приедет.
– Она звонила от Кэри-Льюисов?
– Да.
– Видно, что-то случилось.
– Может быть, она поссорилась с Лавди, своей подругой. Или совершила какой-нибудь промах.
– Не очень похоже на Джудит.
– Да уж, что и говорить. Ну да ладно, ерунда все это; какая бы ни была причина, она уже едет. Поможет мне со светомаскировочными шторами.
Бидди встала и выплеснула холодный чай в раковину, потом налила в кружку свежей заварки.
Мораг уселась на коврике и уставилась на хозяйку в надежде, что ей дадут чего-нибудь вкусненького.
– До ужина далеко! – сказала ей Бидди. – А ведь Джудит с тобой еще не знакома! Она даже о тебе не знает. Если будешь вести себя с ней хорошо, она, может быть, будет брать тебя на прогулку. – Бидди выпрямилась и прислонилась к раковине. – Что ж, можно считать, дата ее визита просто передвинулась вперед. – Она встретилась глазами с мужем, сидящим по другую сторону стола. – О, Боб, пожалуйста, не надо опережать события, не волнуйся раньше времени! Что бы там ни стряслось. Скоро все узнаем.
– Если это что-то действительно серьезное, она, возможно, и не захочет с тобой делиться.
– Захочет. Я просто спрошу у нее. Мы же близкие люди. А все эти недомолвки и тайны не по мне.
– Будь с ней тактична, любимая.
– Разумеется, дорогой. Ты же знаешь, я обожаю девочку.
