– Я сама ему позвоню. У нас квартира в Форте. Мой Родни служит в штабе… – Мойра спохватилась. – Вы ведь не знакомы с Родни? Нет? Сейчас я вам его покажу… – Мимо них проходил стюард с напитками, и Мойра Барридж с быстротой молнии поставила свой пустой стакан на поднос и подхватила полный. – Вон он. – Она даже не сделала паузу, чтобы перевести дыхание. – Разговаривает с тем капитан-лейтенантом Индийского флота. – Джудит кое-как разглядела капитана Барриджа. Это был неимоверно долговязый человек с лысым черепом и грушевидным лицом. Но не успела она сделать какое-нибудь уместное замечание, как Мойра Барридж понеслась дальше: – Теперь расскажите мне о себе, вы родственница Боба, это мне известно. Из Англии… или я ошибаюсь?
Джудит пробормотала что-то насчет Тринкомали.
– О, неужели вы там служите?! Бедненькая! Отвратительное место. Москиты. И с чего это мне пригрезилось, что вы из Англии. Наши оболтусы в Англии, оба в интернатах. На каникулах живут у моей матери. Не видела разбойников два года…
Лишь одно утешало: от собеседника Мойры Барридж не требовалось активного участия в разговоре. Время от времени Джудит кивала, качала головой или слабо улыбалась, а та, возбужденная алкоголем, знай молола себе языком. Джудит чувствовала себя так, будто попала под едва ползущий поезд и ее медленно сминает колесами. Она начала приходить в отчаяние.
«Хьюго, где же ты? Возвращайся скорей, спаси меня!»
– Между нами говоря, я не очень-то горю желанием возвращаться в Англию. У нас дом в Петерсфилде, но ведь там нас ждут продовольственные пайки, проблемы с горючим и вечный дождь. А хуже всего то, что не будет слуг. Мы все здесь так, черт возьми, избаловались! Куда вы пойдете ужинать после этого приема? Почему бы нам не отправиться вместе в «Гранд-Ориентал»?..
– О нет!
– Джудит.
Наконец-то он появился, как раз вовремя. У Джудит ноги подкосились от облегчения. Хьюго обратил к Мойре Барридж чарующую улыбку.
– Добрый вечер, миссис Барридж, как поживаете? Я как раз перемолвился с вашим мужем…
– Хьюго! Ах вы негодник! Вы, оказывается, кавалер самой красивой девушки на борту. Слушайте, я только что говорила Джудит: давайте пообедаем все вместе. Мы идем в «Гранд-Ориентал»…
– Спасибо за приглашение. – Хьюго придал своему лицу выражение глубочайшего сожаления. – Но боюсь, мы не можем его принять. Мы уже приглашены, и нам надо поторапливаться. Я думаю, Джудит, нам уже пора…
– Ах черт, какая жалость! Вам действительно уже надо идти? А мы так славно общались, не правда ли, дорогая? Поболтали всласть, и сколько всего еще осталось обсудить. – Она уже начала пошатываться на своих высоченных каблуках. – Ну да ладно, как-нибудь в другой раз. Соберемся все…
Наконец Джудит и Хьюго вырвались на свободу. Перед тем как спуститься по трапу, Джудит оглянулась назад – миссис Барридж взяла себе еще один полный стакан, отловила очередного незадачливого гостя и принялась его мучить.
– Никогда не встречала женщины ужасней, – сказала Джудит, когда они оказались на берегу и отошли достаточно далеко от вахтенного офицера.
– Извини, надо было лучше за тобой приглядывать. – Хьюго взял ее за руку, и они стали пробираться через верфь, обходя грузоподъемные краны и деревянные ящики, перешагивая через толстенные тросы и цепи. – Ее все боятся как чумы. Я бы искренне посочувствовал Родни, не будь он сам занудой. Он вполне заслуживает такую женушку.
– Я уж боялась, что мне придется провести с ней весь вечер.
– Я бы этого не допустил.
– Хьюго, я не знала, что нас пригласили на ужин.
– А нас и не приглашали. Но я заказал столик в «Саламандре» и не хотел, чтобы Мойра Барридж узнала об этом, не то она бы увязалась за нами.
– Что за «Саламандра», первый раз слышу.
– Это частный клуб. Я в нем состою. Мы там поужинаем и потанцуем. Если, конечно, ты не предпочитаешь «Гранд-Ориентал». Еще не поздно повернуть назад и сказать Барриджам, что у нас переменились планы.
– Только попробуй!
– Тогда едем в «Саламандру».
