В фиолетовой вспышке прибыла Лакуна.
— Хорошо. Телепортируй эту в сады за долиной. Богиня изволит ожидать.
Лакуна сбросила со спины свёрток.
— Да, — сказала она, глядя на меня с бесконечным сожалением. Затем я услышала, как что-то звякнуло у меня под ногами, и Богиня взглянула вниз, на пару болтиков, лежащих у моих копыт. Затем рядом с ними упал третий.
Это побудило меня посмотреть наверх.
И в результате мне на лицо грохнулась вентиляционная решётка. Я отшатнулась в сторону, Богиня попыталась нашарить мои пистолеты. Лакуна подняла щит, но то, что свалилось вниз, не было шквалом пуль или взрывной волной. Это была спарк-граната и странная чёрная галька со спиральным узором, вырезанным на её поверхности. Мир залило белым шумом, затем заволокло тьмой и на меня накатили весьма любопытные высасывающее ощущения. Будто что-то высасывалось из моего тела. Богиня испустила крик, быстро сошедший на нет.
— Эй? — позвала я. Но я не могла пошевелиться. И ничего не слышала. Я могла лишь ждать, пока мои системы перезагрузятся. Я чувствовала, что меня перемещают. Затем мне завязали глаза и что-то повесили на шею.
— Глори? Милая, спасибо, но сейчас действительно не время.
Я рассмеялась, думая, как… Тут к моей голове прижали пистолет.
— Ладно, не Глори.
Что можно было сказать о моей жизни, если я по ощущениям точно знала, что к моей голове прижат ствол именно пистолета?
— Если вы меня о чём-то спрашиваете, или злорадствуете по поводу моей смерти, я вас не слышу. Вам придётся подождать, пока ко мне вернётся слух, — сказала я, наверное, громко. — Так что можете пока успокоиться, раз уж держите пистолет у моей головы!
Честное слово. Я собиралась перестрелять здесь всех охранников до последнего. Из пушки…
Слух вернулся ко мне с визгом наведённых помех, заставляя меня зашипеть от боли. Конечно, глаза у меня были завязаны, и я была крепко связана. Попытка развязать узлы телекинезом отняла бы у меня немало времени, и я не смогла бы скрыть сияние. Серьёзно, почему бы Твайлайт было не разработать заклинание на такой случай? Значит без магических пуль. И ноги мои тоже были стянуты вместе… хммм… если бы не пистолет, это было бы волнительно. Тьфу… почему я сегодня такая чокнутая?!
— Хорошо, если это какое-то извращение, спасибо, но сейчас и вправду не лучшее время, — сказала я, надеясь, что эта фраза не приведёт к спуску курка. — И нам правда стоит спросить у Глор…
— Сними с него своё проклятие, — пробормотал жеребец у меня за спиной. Как только он заговорил, у меня по телу побежали мурашки.
— Лансер, — выдохнула я. Сексуальные мысли отступили… немного.
— Сними с него своё проклятие, Дева, сейчас же. Или я должен называть тебя «Богиня»? Дважды я просить не буду, — отозвался он. — И не пытайся звать на помощь. Твоя подруга без сознания, а талисман голоса летучей мыши делает тебя весьма тихой для всех, у кого нет второго талисмана.
Ладно, я связана и беспомощна перед жеребцом, который хочет меня убить. Как разобраться в этих эмоциях? Паника? Нет, в истерику я впадать не стану. Я и прежде бывала в таком положении и пережила это, более-менее. Ярость? Я исчерпала её запас с Шарм. Лучшее, на что я была способна в тот момент, это раздражение и обида. Желание? Какого чёрта эта мысль сейчас делает у меня в башке? Рассудительность. Отлично. Рассудительная сбрендившая пони. Конечно. И… нужно перестать так по-дурацки заводиться. Сейчас НЕ ВРЕМЯ для этого!
— Я не знаю, о чём ты говоришь, Лансер. Я никогда никого не проклинала, — ответила я, натягивая ремни, стянувшие мой живот и ноги. Гладкий металл не так-то просто связать. Я свободно могла бы подёргать копытом, если бы он дал мне такую возможность.
— Враньё! — отрезал он. — Освободи его!
— Кого? — я догадывалась.
— Моего отца… — глухо прорычал он. — Сними заклинание, что ты наложила на него, чтобы он… чтобы он пощадил тебя!
Он пнул меня в спину и прижал дуло пистолета под горло.
— Если у меня есть такое заклинание, ты не думаешь, что я прямо сейчас применю его против тебя? — возразила я. — Не проклинала я твоего отца никакими таинственными магическими звёзднодевичьими силами. Я даже не дева. Можешь проверить, если хочешь!
«
Он молчал. Святая Селестия, скажи мне, что он не станет проверять! Наконец он заговорил напряжённым, дрожащим голосом.
— Он должен был убить тебя. Мой отец — лучший копытопашный боец нашей эпохи. Он голыми копытами сокрушил дракона Бликфлейма. Как… как ты смогла его победить? Как он мог оставить тебя в живых? — он снова прижал ствол к моему горлу. — Освободи его и я обещаю тебе быструю и чистую смерть. Я даже не стану убивать твоих друзей.
