— Погоди. Зачаты? — спросила Глори скептически. — Я почти уверена в том, что в любой библиотеке, которую я когда-либо посещала, подобное действие будет нарушением всех правил и норм внутреннего распорядка.
— Неа. Во всех лучших библиотеках, обязаны происходить масштабные оргии, — язвительно протянула Рампейдж с нижней палубы. — Просто участники, вынуждены трахаться по-настоящему тихо.
Это заявление рассмешило нас всех, а Лансер сокрушенно вздохнул:
— Это предание. Вы можете верить ему или не верить. Преданию на это плевать. — Он щёлкнул хвостом, а затем, самодовольно ухмыльнулся. — Или возможно, вы, пони, хотите рассказать мне о зарождении вашего рода, с большей правдивостью?
Он нас подловил. Я не имела ни малейшего представления о том, как в этом мире появились пони. До момента воцарения Принцесс, всё было весьма туманно.
— Эм… — Я посмотрела на Глори, но она лишь слегка пожала плечами. — Да как-то не очень.
— Тогда примите предание, иначе, хранить молчание я буду, — сказал он, нахмурив брови. — Я, скорее всего, и так допускаю много ошибок. Мне не дано рассказывать предания так, как это делала Мать, начиная всё со слов «это напоминает мне одну забавную историю».
— Нет, нет, нет. Продолжай, — успокоительно произнесла я.
— Какое-то время, Двенадцать племён пребывали во здравии и распространялись по всей земле. Работая сообща, они вели борьбу со зверьём, что обитали в дикой местности, но в отличии от пони, мы не стремились укрощать природу. Мы уважали её силу. Когда-то, на нашей родине были огромные участки дикой местности, протяженностью в путь, что зебра может за год пройти. Но затем, Двенадцать племён встретились с детьми луны. И Прополи пригласили их в свою деревню. Менди исцелили их раны. Тапхани приготовили великолепный пир, Атори танцевали, а Зенкори рассказывали новоприбывшим сказания. Но дети луны, по-прежнему, были замкнуты, загадочны и высокомерны. Они заявили, что обладают силой большей, чем у всех Двенадцати племён вместе взятых, и поэтому Двенадцати надлежит стать рабами одного. Поэтому, Двенадцать отправились на войну с Одним.
— В течении многих поколений сражались они с детьми луны, что были многочисленны, но равнодушны. Тверды. И множество нечестивых колдунств, что способны привязывать сущность и душу, они изучили. Броня их пробита быть не могла, а оружие никогда не ломалось. Даже погибнув, их самые могучие войны продолжали сражаться. Порабощали и убивали Двенадцать они в безумном увлечении своим могуществом тёмным. Их ложь, на какое-то время, племена обратила против друг друга, и Двенадцать к истреблению были близки. Но Двенадцать прозрели, объединились и дали отпор. В отчаянии своём, племя Одно самих звёзд силу призвало… безумие свершило. И звёзды пришли. На всю землю они низвергались, великие, порочные города Одного, и армии Двенадцати племён сокрушая. Но когда закончилось это, Двенадцать остались, как были, и сломлено было Одно. Двенадцать жаждали крови, но земля умоляла их о снисхождении, хоть и в насилии Одно было зачато, они всё же детьми её были. Племя Одно помечено было и у всех, кто несёт в себе эту кровь, полоски сплетаются в предостережения символ. И в этом причина того, что имя им было дано — Старкаттери, «Клеймённые звёздами», и изгнано было оно.
— А из какого племени происходит Легат? — полюбопытствовала я.
Лансер открыл рот, а затем, снова закрыл, и, нахмурив брови, произнёс:
— Он — один из последних Ачу.
— А вот и нет, — заявила Рампейдж, с нижней палубы, а в её голосе звучал странный акцент. — Он сражается не как Ачу.
— А он утверждает, что Ачу! Кто ты такая, чтобы отрицать это, Продитьер? — гаркнул Лансер.
— Означает ли это, что ты тоже Ачу? — спросил П-21.
От всех этих разговоров, мне захотелось произнести «будь здоров».
И вот опять, невинный вопрос заставил его поморщиться.
— Нет… кровь переходит от матери к ребёнку, а не от отца к ребёнку. Я — Зенкори.
Я подумывала о том, чтобы рассказать ему, что его мать жива, но всё же, решила этого пока не делать. Тем не менее, сказительство было значительным шагом вперёд, по сравнению с убийством соплеменников.
— Моё племя — скитальцы и сказители. Мы разыскивали обычаи и предания этого мира. Многие из нас пришли, и осели в Эквестрии, за долго до войны.
— А почему воевали зебры? — спросила Глори. — До этого, я никогда не слышала вашей трактовки, тех событий.
А вот этот вопрос, его, похоже, шокировал.
— Вы хотите узнать об этом? — спросил он так, будто, до этого, ни когда не видел пони, которым было бы интересно подобное, взгляд его скользил по нашим лицам. — Бессмертные монархи не правили нашим народом. Цезаря избирали мы из племён. Старейшины всех тринадцати племён принимали в голосовании участие, и Цезарь не мог быть избран из одного и того же племени дважды.
— Погоди, даже злое-племя-звёзд-и-луны имело право голоса? — удивлённо вопросила я.
