«Интересно, — спросил однажды у него Стэн, — что так старательно скрывает император?» А Ян ответил: «Да почти все — откуда он родом и как попал сюда… где находится запас этого проклятого АМ-2. Этот сукин сын был… или есть, ну, не знаю… он бессмертен. Кроме того, его ведь и раньше убивали».
Стэн насмешливо фыркнул, и Махони сказал, что когда-нибудь покажет ему документы. Но события стали разворачиваться слишком стремительно и пролилось слишком много крови, так что Стэн вспомнил про этот разговор всего один раз — он тогда подумал, что в ответах на вопросы Махони наверняка содержится какая-то очень опасная информация и что тот, кто намерен остаться на стороне императора, должен просто забыть об их существовании. Так будет разумнее всего.
Или, как это принято делать в низкопробных телепередачах, когда сценарист не в состоянии дать хоть мало-мальски правдоподобное объяснение той лапше, которую он перед этим старательно навешивал своим зрителям, этот урод говорит: «В мире есть вещи, мой мальчик, о которых человеку знать не полагается».
Ну, хорошо, подумал Стэн. Только на этот раз человек узнает то, что ему раньше знать не полагалось. Потому что Махони в определенном смысле погиб из-за этих папок.
Стэн поднялся на ноги. Начал настраивать коммуникатор, чтобы приказать «Победе» прислать погрузчик и парочку мускулистых ребят. Он — или кто-нибудь еще — проанализирует находку, когда они доберутся до места, которое Стэн решил сделать своей базой.
— Вы мои друзья, ведь правда?
Стэн вспомнил про Форте и попросил прислать с «Победы» крытые носилки.
Абсолютно полоумного Дана Форте вылечат, если это вообще возможно — Стэн, во всяком случае, сделает все, что в его силах, — или отправят в самый роскошный сумасшедший дом во Вселенной.
Потому что, похоже, он вручил Стэну ключ к разгадке тайн империи.
— До сих пор вам просто сказочно везло, — сказал сэр Эку.
— Вношу поправку, — заявил Стэн, — нам и вправду пока очень везет. Однако я не могу рассчитывать на то, что нам все время будет сопутствовать удача. Мне нужна цель. И план. До сих пор я занимался разведкой в полнейшем мраке и стрельбой по невидимым мишеням.
— Я прекрасно понимаю, что деятельность без четкого плана беспокоит тебя и создает ощущение дискомфорта, — сказала Рикор. — Ты всегда и во всем стремился отыскать четкую структуру и любил порядок.
Стэн рассмеялся, нисколько не смутившись тем, что самый лучший психоаналитик империи вот так, с ходу, подверг его анализу.
— Прощай еще одна иллюзия. Лично я никогда не считал себя человеком подобного типа.
— И ошибался, — проговорила Рикор. — Я помню отчет, который составила после первого обследования твоей личности. Творческие способности у тебя находятся на таком высоком уровне, что за всю свою жизнь я встретила всего несколько существ, которые обладали такими же. Но ты испытываешь дискомфорт, если вынужден действовать в вакууме. Эта черта характерна для многих оперативников высшего класса. Ты предпочитаешь иметь иллюзию полной свободы, но тем не менее не можешь обходиться без четкой структуры и планирования. Ты просто обожаешь порядок.
Рикор пошевелилась в своей лохани, и немного воды выплеснулось на пол.
— В прошлом твоя служба на благо императора давала тебе ощущение порядка.
Стэна передернуло. Рикор говорила правду.
— Тебе совершенно не обязательно испытывать чувство вины, — продолжила Рикор, которая угадала его мысли, словно перед ней был младенец, а не взрослый, опытный воин. — Я тоже обладаю похожими чертами характера. И тоже наслаждалась покоем, прильнув к груди императора.
Пока Стэн обдумывал слова Рикор, Эку прикоснулся одним из своих щупальцев к потайной кнопке. Из алькова появился маленький робот, который держал в руках поднос, и уже через пару секунд Стэн с наслаждением сделал несколько хороших глотков стрегга.
— Не хочу, чтобы вы подумали, будто я пытаюсь сделать вам комплимент, но вы настоящий провидец, — заявил он. — Именно этого мне сейчас и не хватало — почти как воздуха, друг. Спасибо.
Усики сэра Эку радостно задергались.
— Обстоятельства требовали принятия серьезных мер. Кроме того, мы с Рикор уже довольно сильно вас опередили… по этой части. В атмосферу нашего помещения введено определенное количество веществ, способствующих снятию напряжения. Так же как и в ту жидкость, в которой с таким удовольствием плещется наша солидная приятельница.
Рикор рявкнула на него, и ее голова скрылась под водой. Потом она снова появилась на поверхности — что-то вроде усмешки несколько скрашивало свирепость ее клыков.
— Теперь тебе понятна причина моей педантичности, — призналась Рикор. — Когда я впитываю подобную влагу, мои речи всегда звучат немного напыщенно.
— Да, похоже, мне и вправду придется приложить определенные усилия, чтобы вас догнать, — сказал Стэн и поднес к губам стакан со стреггом. — Пусть смута проникнет в ряды наших врагов! — торжественно произнес он, осушил свой стакан и снова его наполнил.
Хотя общее положение дел не изменилось, теперь Стэн начал чувствовать себя намного лучше. Стрегг был тут совершенно ни при чем.
