— Именно это нам и поможет, — сказал Стэн. — Он должен находиться в состоянии шока как можно дольше, нельзя позволить ему прийти в себя, — Стэн постучал пальцами по столу. — Если бы нам удалось выманить… заставить его растянуть свои силы до предела… тогда теоретически их количество уже не будет иметь никакого значения. Останется только отыскать прореху — или проделать ее — и прорваться. Не нужно будет возиться с пешками, потому что наша цель — покончить с королем.
— Предположим, невозможное стало возможным, — проговорил сэр Эку, — мы все равно встанем перед той же проблемой, которая возникла, когда у власти стоял Тайный совет. Без АМ-два империя погибнет. Вам же не хуже моего известно, что вся современная промышленность и транспорт действуют на этом топливе. И только император знает, где находится его источник.
— Тайный совет искал его целых шесть лет, — вставила Рикор, — и у них ничего не вышло.
— Я много об этом думал, — проговорил Стэн, вспомнив долгий ночной разговор с Синд, когда они впервые заподозрили, что император сошел с ума. — Знаете, я совсем не уверен, что наша судьба будет такой уж ужасной. Я имею в виду ют что: вполне можно жить и без АМ-два. Когда у нас стали кончаться запасы — во время правления Тайного совета, — дела, конечно, обстояли неважно. Но зато многие начали учиться заботиться о себе самостоятельно и понимать, что нужно надеяться только на собственные ресурсы.
— Это положит конец межзвездным путешествиям, — заметил сэр Эку. — И тогда мы снова станем чужаками.
Стэн пожал плечами.
— Может быть, нам это только пойдет на пользу. Начнем все сначала. Кроме того, может, кто-нибудь найдет способ синтезировать АМ-два. — Он снова наполнил свой стакан стреггом. — Конечно, все было бы гораздо проще, если бы удалось захватить императора живым. Поджарить ему пятки или еще что-нибудь такое же надежное. Заставить расстаться с секретом АМ-два.
Рикор завозилась в лохани.
— Еще одна серьезная проблема… плюс ко всем остальным. А если ты ошибаешься насчет его бессмертия? Что, если произойдет очередной сильный взрыв — надеюсь, ты не забудешь принять такую возможность в расчет и отойдешь на безопасное расстояние, — и император исчезнет? Чтобы вернуться. Через несколько лет.
— Я по-прежнему продолжаю считать, что это какой-то трюк, — сказал Стэн. — Финт руками. Или, может быть, обман с зеркалом. Что угодно. Если мне удастся выиграть эту шахматную партию и надрать императору задницу, обещаю, я обязательно выясню, какие штуки он вытворял, чтобы обманывать всю Вселенную.
— Лично я не вижу никакого другого варианта, — отозвался сэр Эку. — Что касается манаби — меня, естественно, наделили соответствующими полномочиями, — я обещаю вам нашу полную поддержку.
— Она мне понадобится, — проговорил Стэн. — Я был бы вам очень признателен, если бы вы провели несколько дипломатических переговоров. Конечно, с соблюдением полнейшей секретности.
— По правде говоря, — признался Эку, — я уже кое-где начал потихоньку забрасывать удочку. У вас много союзников… даже небольшой успех решает дело. Акция на телестудии была хорошим началом. А то, что вам все еще удается успешно избегать встречи с императорскими ищейками, говорит само за себя.
— Постараюсь продолжать в том же духе, — сухо пообещал ему Стэн.
— А как насчет меня? — поинтересовалась Рикор. — Чем я смогу вам помочь в этой справедливой борьбе? — А потом, несколько раз булькнув, скромно заявила: — Какой чудесный состав, вы должны обязательно рассказать мне, сэр Эку, что в него входит.
Стэн поднялся на ноги.
— А ты, подружка, отправишься со мной. Тебе придется воспользоваться своими способностями и придумать какой-нибудь хитроумный способ разделаться с императором.
— Ха-ха! Наконец-то я буду сражаться. К оружию! К оружию!
Когда лохань доставили на борт «Победы», новый воин армии Стэна мирно похрапывал во сне.
— Кажется, — проговорил Стэн, — мы попали в ловушку.
Синд, которая пыталась отдышаться, только фыркнула в ответ.
— А это было на плане местности, снятой с воздуха?
— Нет. Впрочем, может, и было. Только я не стала выводить этот район на дисплей и внимательно его изучать.
— Ладно, теперь не имеет значения. Если только нам не придется возвращаться.
Стэн стянул свой тяжелый рюкзак и чуть не упал, поскользнувшись на зеркально-гладком ледяном склоне. Возвращаться? Он оглянулся.
Далеко-далеко внизу виднелись следы, которые их лыжи оставили на снегу — почему-то они напомнили Стэну рыбные скелеты. Следы вели прямо сюда, на эту, с позволения сказать, гору, где они, по всей вероятности, застряли навсегда. Примерно за два километра до этого места подъем стал слишком крутым; Стэн и Синд, привязав лыжи к рюкзакам, надели «кошки». А некоторое время назад им пришлось воспользоваться веревкой, потому что подъем становился все круче.
