– Я ж тебя приютил, как родного приютил, и ты мне так платишь?
– Барин, ну пропадает же. Пропадает!
– Я сам решу. Кузьма, тварь ты не благодарная.
Лозина ещё с большей силой легла на тело. Толий всем своим видом показывал обиду и свирепел от любого слова слуги.
– Довольно ему. – произнёс Алексий строго. Он не до конца понял в чём провина Кузьмы, но ему показалось что своё он получил сполна.
– Чего? – спросил толстяк, обернувшись и, яростно, с презрением оглядел гостей. – Может ты меня ещё учить будешь? Или решать за меня? Пошли на хрен от сюдова.
Не прошло и пары секунд как Яшка уже похлопал Толия по плечу. Как только тот повернулся, воин со всего размаху, въехал ему в ухо кулаком и жирная туша, без сознания, рухнула на землю.
– Ну что ты, Яша, – воскликнул Ливадий. – ты ж убил его.
– Такого убьёшь… – сплюнул воин и достав меч, махнул им наотмашь.
Кузьма грохнулся рядом с хозяином, вскочил на ноги и, поправляя рубаху проговорил:
– Как родного приютил, я в коровнике живу все годы. Служу ему верой и правдой, а он две кружки браги пожалел. Вы понимаете? Киснет она у него, пропадает. Ну как такое позволить?
Кузя поправил жирные волосы, его опухшее с похмелья лицо, давно не бритое, с синяками под глазами, не вызывало ничего кроме жалости и чувства брезгливости. Он пнул толстого ногой, не сильно, больше не для того чтоб навредить, а что бы доставить себе моральное удовольствие, после этого побежал к открытой двери в боковой стене дома, она вела в погреб.
– Чёрт с ними. – проговорил король, влезая на коня. – В дорогу.
***
Андрей был явно в хорошем настроении, и на тренировку вышел полным сил. Он достаточно ловко обращался с мечом что удивляло большинство его противников. Да что говорить о противниках, он сам был удивлён. Его реакция улучшилась, движения стали легче, но напористей. Он успевал заметить не только движение руки, чтоб предугадать удар, но и мимику лица вплоть до того в какой момент его противник моргнул. Андрей не понимал природу такого обострения чувств, но ему это нравилось. Воины сменяли друг друга, истекая потом, а у человека из другого мира даже не появилась отдышка. Дария села за стол на балконе и, попивая вино, наблюдала за битвой. Андрей удачно отразил несколько, казалось, сокрушительных атак и, ударом ноги в грудь, отправил воина на землю.
– Следующий! – крикнул он.
– Может тебе воды? – спросил один из воинов. – Передохни.
– На поле боя мне никто воды не подаст. Следующий.
Один из воинов уже было шагнул к арене, но остановился. Чёрная птица, падавшая с неба, привлекла его внимание. Она падала камнем и казалось сейчас рухнет на землю лишившись жизни. Само собой, этого не произошло. У самой земли ворон расправил крылья и немного взлетев обратился человеком.
– Что ж, я могу вас подменить. – обратился он к воинам, слегка повернув и склонив голову. – Если вы не против.
Воины не то что были не против, они даже не могли ответить ему что-то внятное. Все боялись Димитрия, он был чем-то, или кем-то, вызывающим у людей необъяснимый ужас одним своим видом. Многие боялись его больше чем колдуна, считая его силу выше, но это было глупостью. Такие мысли возникали только из-за того, что Александра люди видели достаточно редко и мало что знали о его возможностях, Димитрий же был всегда на виду. Да он был в стороне, отрешён от всех, но на виду. Его опасались в мирное время и боготворили во время битв. Всегда хмур и серьёзен, никогда не показывающий своих эмоций.
Ворон достал свой меч и шагнул вперёд. Он достал боевой меч, не взяв одну из тех тупых железяк которыми орудовали остальные, боясь ранить драгоценного гостя. Все замерли в ожидании. Дария, поднявшись со стула, облокотилась на перила и, тяжело выдохнув, прищурила глаза. Димитрий выставил вперёд свободную руку и ветер поднял клубы пыли и погнал их прочь, Андрей не понял, чего этим хотел добиться его противник, но ему, впрочем, было всё равно.
– И так, приступим? – спросил Андрей, рассекая сталью воздух.
