— Джулиет? — От мягкого звука моего имени голосом Така, который больше походил на него самого, Така, которого я знала, слезы текли сильнее. Я изо всех сил пыталась шуметь. — Что за хрень? — дверь ударилась о стену, и тело Рори расслабилось.
— Сейчас моя очередь, — сказал Рори, отпуская меня. Я обернулась и увидела, как его отбросило к умывальнику. — Господи, приятель, — сказал Рори, поправляя пальто и поднимая взгляд как раз вовремя, когда кулак Така врезался в его лицо.
— Так, — крикнула я, потянувшись к его руке, но он был слишком быстр и в следующий раз ударил Рори в живот.
— Что за херня, — спросила я.
— Кто ты, по-твоему, такой? Она моя, — крикнул Так, хватая дизайнерскую рубашку Рори и толкая его вперед. Рори сплюнул полный рот крови.
— Мы должны были разделить ее. — Кровь тоже капала из его носа.
— Мы никогда не должны были этого делать, — сказал Так. — Никогда. Не смотри на нее, — потребовал он, когда взгляд Рори переместился на меня. Один глаз уже опух, а из носа продолжала течь кровь.
— Она хотела этого, — сказал Рори. — Рик…
— Не произноси его имени перед ней, — скомандовал Так, толкая Рори. — Он ни хрена не знал. Он ее не знал.
— А теперь, когда ты весь в ней, правда? Эта сука убила моего брата.
— Эта женщина станет моей женой, и меня не волнует, что она сделала, — отрезал Так, и один глаз Рори расширился.
— Он был твоим лучшим другом.
— Он был насильником, — возразил Так, отталкивая Рори от себя. Он повернулся, чтобы оказаться лицом к Рори, не отрывая от него глаз. С другой стороны он протянул мне руку. — Джулиет.
Я покачала головой, мое тело так сильно дрожало, что я даже не думала, что могу пошевелиться.
— Джулиет, детка, — твердо сказал Так, требуя, чтобы я взяла его протянутую руку. Я все еще не двигалась, мое тело прижалось к гнилой зеленой плитке. Он захватил остров и запятнал память в этом клубе. Мои ладони прижались к грубой стене, желая, чтобы мое тело исчезло, как если бы я могла проскользнуть по твердой поверхности, как раньше пряталась в зарослях джунглей. Он шагнул ко мне, и я вздрогнула. Мгновенно он заключил меня в объятия.
— Держись, Мышка. Я вытаскиваю тебя отсюда.
Я слышала слова, но не чувствовала их. Онемевшая внутри, я расслабила руки.
— Мышка, помоги мне. Обними меня руками. — Он поднял мертвый вес моего тела. — Пожалуйста, Мышка. Не сдавайся. — С этими словами я обвила рукой его шею, используя ее как минимальное средство, чтобы удержаться против него.
— Что случилось? — спросил его отец, когда мы подошли к небольшому выходу за пределами комнаты для вечеринок.
— Мы уходим отсюда, — сказал Так, нажимая локтем кнопку лифта.
— Нам нужно обсудить ее, — сказал его отец, переводя взгляд на меня.
— Нечего обсуждать. Я допустил ошибку.
— Мы все согласны с тем, что ты это сделал, — фыркнул Террор Корбин, имея в виду ночь много лет назад.
— Не та ошибка, — поправил Так. — Ошибка в том, чтобы привести ее сюда. В надежде, что я смогу показать тебе, какая она красивая и умная, и ты согласишься, что я примирился, и она тоже. — Он устремил глаза ко мне, задавая молчаливый вопрос о безразличном выражении моего лица. Потом оглянулся на своего отца и вошел в лифт, когда двери открылись.
— Мне не нужно ваше одобрение. Я хотел этого. Но теперь мне оно не нужно. Не из-за ее любви. — С этими словами двери закрылись, и мы начали спускаться. Я протянула руку и обняла его за шею. Он не собирался меня оставлять, но я все еще чувствовала, что падаю.
Так
— Джулиет. — Сколько раз я произносил ее имя, она не смотрела на меня. Ее тело все еще дрожало против моего, и я испытал такое облегчение, когда она позволила мне прикоснуться к ней.
Рори. Что за хуесос. Не знаю, как он попал в клуб, но из-за моих попыток выглядеть хладнокровно, я не выгнал его. Затем я увидел ужас в ее глазах, и лавина чувств обрушилась на меня. Не знаю, о чем я думал, приводя ее в «Последствие». Я нечасто бывал в клубе, хоть он и принадлежал мне. А мои родители. Как я и сказал отцу, что хочу его одобрения, но не знаю почему. Я не получил бы его ни за что в жизни. Единственным человеком, у кого я ищу одобрения — Джулиет, и она сидела, как тряпичная кукла, рядом со мной. Я погладил ее обнаженную руку в этом красивом платье, от которого у меня перехватило дыхание в тот момент, когда она вошла в комнату. Я хотел сорвать его с нее и сжечь, зная, что он держал ее в руках.
Я так много бормотал, извиняясь ей в волосы, что, в конце концов, она закрыла глаза, не желая видеть меня. Она ничего не сказала.
