— Ну что, ты все никак не уймешься, безмозглое животное? — одарил я мужика кривой ухмылкой. — Ты ведь уже понял, что я тебе не по зубам, так что успокойся!
Но в таком состоянии этот альфач не был способен не то что соображать — он вообще ни на что не был готов, кроме как продолжать смертельную драку. Видно поняв, что меня как соперника он не может прочитать в принципе, дядя Вова ломанулся на меня как взбешенный носорог, забыв о тактике и сложных комбинациях ударов. В итоге ему в левое ухо прилетел мой кулак, после чего торжественную встречу нашего дражайшего родственника можно было считать завершенной.
Дядя Вова, оказавшись в глубоком нокауте, был подхвачен левитацией и перенесен по воздуху в наш дом, а затем через портал проследовал на Базу. Там мы его уложили на стог сена, давая возможность прийти в себя самостоятельно. Я специально попросил Свету не лечить мужика, чтобы не смазать «воспитательного» эффекта.
С самого начала, когда мы только вернулись в Москву, первое желание у нас было — найти дорогих нам людей, сообщить им, что мы живы-здоровы, и может быть помочь им, если у них есть серьезные проблемы. Например, мы могли бы кого-то подлечить, а кому-то поменять тело. Когда я прошелся мысленно по близким людям с моей стороны, то понял, что у меня нет желания связываться с кем бы то ни было. В моей жизни был только один дорогой мне человек — моя бабушка, которая умерла, когда я еще учился в школе. С родителями у меня был, скажем так, устойчивый неконтакт — мы просто оказались друг для друга чужими людьми, и скорее ненавидели друг друга, чем любили. Что касается друзей, то в студенческие годы Света очень быстро полностью закрыла собой мою потребность в друзьях.
Мои друзья очень быстро отпали по одной простой причине — Света! Когда я встречался со своими друзьями, появление Светы действовало на парней очень негативно — если рядом оказывается такая красивая и обаятельная девушка, очень трудно оставаться спокойным и расслабленным. Особенно когда парни понимали, что ее сердце уже занято, да еще и их другом. А без Светы я категорически отказывался встречаться с друзьями, потому что если я уезжаю куда-то один, то это значит, что Света остается дома одна. Без меня она просто не любила быть где бы то ни было. Такая ситуация меня категорически не устраивала и мне пришлось прекратить очные встречи с друзьями.
Света тоже не имела подруг и причина была банальна — девушки не любят, когда рядом с ними находится красавица. Что касается родственников, то у Светы появилось желание связаться только с двумя — дядей Вовой и тренером, которая Свете заменила маму. Лане так же как и мне не повезло с родителями и в подростковом возрасте в ее семье была очень неблагоприятная обстановка, из-за чего тренер Светы, Елена Васильевна, одинокая пожилая женщина, предложила Свете жить у нее. Именно благодаря этой женщине у Светы сформировалась прекрасная личность и замечательный характер.
Совершенно иная ситуация была с дядей Вовой — с ним Свете было очень трудно, поскольку он относился к тому типу людей, которые девушке очень не нравились. Дядя Вова был грубым и хамоватым мужиком, типичный альфач, суровый и крутой боец, и при этом совершенно не умеющий строить отношения с женщинами. Но у дяди Вовы было и хорошее качество — он всегда приходил на помощь, если у Светы в жизни возникали серьезные проблемы. Лане достаточно было позвонить дяде, и он немедленно прилетал, бросив все свои полицейские дела. И, разрулив ситуацию, никогда ничего не требовал взамен, если только не считать его любовь давать Свете житейские советы, которые нередко высказывал грубо, если не сказать, по-хамски. Но поскольку необходимость выслушивать советы дяди Вовы была единственной платой за помощь в трудных ситуациях, то Свете приходилось это терпеть.
И вот именно с такими издержками мы со Светой столкнулись, когда приключилась эта история с джигитами в лифте. Дядя Вова тогда Свете очень помог выкарабкаться из непростой ситуации, но одновременно с этим он нам подарил много минут колоссального стресса. Когда Света познакомила нас, я дяде Вове сразу не понравился, и это неудивительно, потому как он мог признать право находиться рядом со Светой только за таким же парнем, как он сам, только более молодой версии. Увидев же меня, он сразу же выплеснул на меня такой ушат презрения и гадливости, причем совершенно не стесняясь в выражениях, что Света даже расплакалась от обиды за меня. И потом это повторялось каждый раз, когда мы встречались с ним в ходе всех этих уголовно-процессуальных разбирательств. Дядя Вова осыпал меня оскорблениями, прямым текстом заявляя мне, что такое «болотное чмо» не достойно Светланы, и требовал от меня, чтобы я убрался с его глаз долой. Я бы с радостью ушел, но Света просила меня, чтобы я всегда был поблизости, потому как только рядом со мной она чувствовала себя уверенной и спокойной.
