Жара… опять. Уже неделю она не даёт покоя, и находиться на улице, без риска получить тепловой удар, невозможно. И это весна? Да лето не так ужасно. Хорошо, что ещё в помещении относительно прохладно, видимо магия, что буквально пропитала весь быт этого мира, справилась и с этой досадной неприятностью.
– Они становятся другими, – изумлённо произнесла Шаха, рассматривая расчёсанную прядь волос. Я самодовольно усмехнулась. Ещё бы! Целый час трудов и безумно запутанные космы этой рахуши превращаются в лоснящиеся локоны. А ещё пол часика, так вообще будет глаз не оторвать. У Шахи были очень красивые волосы – густые, глубокого чёрного цвета и идеально прямые. И почему интересно в этом странном мире не додумались до такой элементарной вещи как расчёска? И ведь мало кто обрезает свои волосы, отращивают и даже всячески украшают, но что толку? Воронье гнездо же никуда не девается.
– А у Зихку спросила разрешение? – запоздало поинтересовалась я, вспоминая как Доргу был недоволен моим новым образом, когда я расчесалась. Верней недоволен в первые минуты, даже запретил носить волосы не заплетёнными, но после постоянно распускал косу, трогал их, наслаждался мягкостью и мог в задумчивости долго перебирать.
– Конечно! – почему-то возмутилась Шаха.
– Почему «конечно»? Ты же не спрашиваешь разрешения, чтобы умыться? – не понимала я этих условностей. Хотя и прожила в этом мире почти год, но всё равно многие вещи отказывались откладываться в моём мозгу. Да и странные отношения между мужчинами и женщинами так же были не понятны. Как так получилось, что в этом мире не было свободных женщин? Все представительницы слабого пола кому-то принадлежали и никак иначе, и, по мнению большинства жителей царства Нохна, мне не повезло, ибо моим хозяином был жестокий варвар с Крайних земель.
– Эли, всё, что может изменить меня или внешне, или как рахушу, неважно, должно быть согласованно маром.
Я важно покивала, хотя разницу между умыться и причесаться упорно не видела. Шаха знала, что я немного странная, а порой и достаточно много, и моё видение очевидных для неё вещей отличается, но относилась ко мне как к хорошей подруге.
Мы познакомились недавно, на праздновании какого-то столетнего юбилея, я уже и не помню, мы, по желанию местного организатора, которому почему-то нельзя было отказывать, сражались вместе против двух драконов. Но вспоминать прошедший бой я не любила, тогда Шаха была сильно ранена, пусть я и вытащила её с арены и сейчас она сидела передо мной живая и здоровая, я часто вижу во сне её кровь. Вижу и понимаю, что тогда мне очень повезло. Шаха – хорошая рахуша, сильная, опытная, за её плечами множество побед, а я… я разве что могу похвастаться своим упрямством и желанием жить. Так что та победа была случайностью. Да и не нужны мне арена, песок, кровь… Шаха удивляется, говорит, что она бы не смогла жить без всего этого, что сражения ей необходимы, это её жизнь, и я раз тоже рахуша, для неё понятие «бывшая» не существовало, то так же должна желать, но нет. Я не убийца и никогда ей не была.
Но, как бы то ни было, я была рада компании этой девушки, и рада, что и Зихку, её хозяин, и Доргу – мой, разрешали приезжать к ней в любое время. И даже на правило: в чужой Роху входить запрещено для меня не существовало.
– Мар сейчас придёт, – вдруг абсолютно счастливо поведала мне Шаха и попыталась встать. Она сидела на полу, облокотившись на свою лежанку, точь в точь как была у меня в домике для рахуши, а я сидела за её спиной и расчёсывала её космы.
– Да сиди, не дёргайся, – нажала я ей на плечо.
Шаха возмущённо обернулась, а в другую секунду дверь открылась. На пороге появился Зихку – местный судья и владелец одного из самых крупных Роху в царстве.
– Вы уже закончили?
– Нет, – ответила я, перебивая «да» Шахи.
Зихку тихо рассмеялся, приблизился к нам и взял в руку прядь чёрных волос.
– Словно сик. Не думал, что у тебя такие мягкие волосы, – тихо произнёс он, смотря довольными глазами на свою возлюбленную рахушу. Я еле сдержала негодующий вздох. Почему Зихку так яростно скрывает своё отношение к Шахе? Как будто школьники жмутся по углам, а на людях даже не смотрят друг на друга? У неё вполне приличная кровь… или всё-таки есть другие критерии, по которым определяется ценность женщины и её пригодность для открытых отношений с мужчиной?
Он коснулся щеки Шахи, и та расплылась в улыбке.
– На днях Драконьи игры начинаются. Хочешь участвовать на открытии?
Ого, да он ещё спрашивает. С ума сойти! Интересно, а об Осенних играх он тоже спрашивал или всё же на столь грандиозное событие решил не затруднять себя подобным?
– Показательные бои? – сморщила свой носик Шаха. Зихку кивнул. – Нет. Не хочу. А ничего посерьёзней не планируется?
– В Порисе арена новая открывается, но если я предложу тебя на открытие, то боюсь, достойных противников не найдётся, а недостойные разбегутся.
Шаха польщённо заулыбалась.
