– Шерлок… – в голосе Майкрофта как будто рассыпаны металлические стружки и слегка колются, несмотря на общую мягкость тона. – Давно пора прекратить этот фарс и заняться делом.
– Хорошо, я что-нибудь придумаю, – детектив нажимает отбой, не давая себе возможности огрызнуться.
В общем-то, нет никакой нужды чего-либо придумывать, Джон наверняка проведет весь день у себя в комнате, …если вообще останется дома, но Шерлок решает, что, безусловно, обязан его предупредить.
Прямо сейчас.
Предательская дрожь рождается в животе, грозя распространиться по всему телу, пока детектив выбирает рубашку. Одевшись, он долго причесывается, прорываясь расческой сквозь спутанные кудри, придирчиво рассматривает себя в зеркале, а потом одним движением вновь разлохмачивает приглаженные вихры.
Поднимаясь по лестнице, он слегка задыхается, перед дверью в комнату Джона одышка усиливается, явно создавая угрозу для жизни, но Шерлок все же поднимает судорожно сжатый кулак и стучит.
– Что случилось?.. – если Джон и удивлен внезапному появлению Яна Сигерсона при полном параде, то никак этого не показывает – голос доктора звучит бесстрастно, в синих глазах плещется Северный Ледовитый океан.
На Уотсоне футболка и полосатые пижамные брюки, за спиной в проеме двери виднеется разобранная постель, и всего этого оказывается достаточно, чтобы у Шерлока совсем ослабли колени.
– Звонил мистер Холмс.
Черт, как же трудно дышать.
– И?..
– Он хочет устроить проверку. Завтра я должен поехать в участок…
Джон слегка приподнимает левую бровь.
– Майкрофт хочет проверить, насколько ты готов обмануть окружающих?.. – он холодно усмехается, оглядывая Шерлока с головы до пят. – Что ж, на мой взгляд, ты вполне готов. Я уверен, у тебя все получится…
Доктор Уотсон захлопывает дверь, Холмс на подгибающихся ногах спускается к себе и валится ничком на кровать.
*
Пожалуй, он даже рад увидеть Андерсона и Салли, не говоря уже о Лестрейде, – все-таки возможность побыть собой.
Детектив грустно улыбается, надевая пальто, затем накидывает на шею и затягивает петлей новый шарф – подарок миссис Хадсон – и достает из карманов перчатки. Он почти уже покидает квартиру, когда по лестнице неожиданно сбегает Джон.
– Поедем вместе.
Глупое счастье сдавливает горло.
Шерлок забывает, что только что радовался возможности не притворяться, и абсолютно не желает думать о том, какие сложности ему сулит совместная поездка с другом. Уотсон берет с вешалки куртку, подходит ближе, спокойно смотрит снизу вверх.
– Эта проверка касается и меня, ведь я несу ответственность за твою готовность, – он ни на секунду не отводит взгляда. – Хочу быть рядом.
====== Часть седьмая ======
В такси Джон, отвернувшись, прилежно смотрит в окно, а Шерлок доблестно сражается с собственным взглядом, который так и норовит приклеиться к другу.
Они сидят по разные стороны сиденья – так, как сидели вместе в кэбе далеко не одну сотню раз, но никогда ранее детектив так остро не чувствовал разделяющее их расстояние. Желание придвинуться ближе зашкаливает, и он крепко хватается за ручку у двери, словно в попытке удержаться на месте.
Уотсон упорно не поворачивает головы и молчит, руки сцеплены в замок на коленях, но в какой-то момент на очередном повороте он опирается ладонью на сиденье, стремясь сохранить равновесие, и… оставляет руку в таком положении.
Совсем близко от Шерлока.
Сердце детектива на миг замирает, а потом пускается вскачь неровным галопом.
Прикоснуться. Так хочется прикоснуться.
Холмс зажмуривается, с тоской думая о тех временах, когда он не видел никакой проблемы в том, чтобы дотронуться до соседа по квартире, когда все было легко и просто и в прикосновениях не было никакого подтекста.
Для него не было.
Он не выдерживает, вздыхает, возится, поправляя пальто, и скользящим, будто бы случайным жестом задевает руку Уотсона тыльной стороной ладони. Ощущение теплой кожи действует, как удар тока, отдаваясь прямиком в пах, вынуждая сдвинуть колени, а потом и вовсе закинуть ногу на ногу. Шерлок тоже отворачивается к окну, скрывая слегка порозовевшие щеки, но все же успевает заметить, как Джон, по-прежнему не глядя на него, кладет руку обратно к себе на бедро и накрывает место прикосновения ладонью…
*
– Джон, – перед полицейским участком Холмс останавливается, стремительно развернувшись к следующему за ним по пятам доктору Уотсону.
В глазах друга на миг ярко вспыхивает боль, и Шерлок понимает, что опять оказался слишком похожим на себя самого. Он запускает пятерню в кудри, с силой дергает, словно наказывая за потерю контроля.
– В чем дело?.. – Джон тянет его за рукав, заставляя опустить руку. – Ты нервничаешь?..
– Да, – это безусловная истина, детектив нервничает, потому что плохо представляет, как вести себя с Джоном там, где все знают, что он это он. – Послушай, ты же понимаешь, что тебе придется называть меня… Шерлоком?
– Считаешь меня идиотом?.. – губы Уотсона изгибаются в слабой, но все же улыбке. – Я смотрю, ты окончательно вошел в роль…
