В пять утра возле штаба, едва наш студент включил свой аппарат, на связь вышел его брат, от имени Оладьина сообщивший, что первое задание успешно выполнено, и они приступают к следующему. Всё это стало понятно из выловленных в эфире условных сочетаний "ВН". Узнав новости, я быстренько прощаюсь с экипажем КШМ-ки, предварительно поставив всем персональные задачи, и с эскадроном Анатоля и командой пепеляевских разведчиков двигаемся на северо-запад, к железной дороге, откуда можно было, не засветившись, добраться до самых Барановичей. Как и предполагалось, цивилизованные гансы для своих даже очень срочных передвижений предпочитали всё-таки дороги, поэтому мы незаметно подобраемся почти вплотную к конечной цели путешествия. Хотя наша "незримость" была понятием относительным. Когда отряд на рысях втягивается в очередную рощицу, его обитатели уже не спят и приветствуют гостей негромким птичьим щебетом. Особенно рада нашему появлению одна очень умная птичка. Которая несколько раз чирикает неразличимый для непосвященных сигнал "Свои". Пепеляевские разведчики во главе с командиром разевают рты от удивления, когда я поднимаю руку, командуя "Стой", затем по-птичьи свищу в ответ. И когда после всей этой прелюдии там, где только что было безлюдно, с земли поднимаются две фигуры в лохматках, а сзади с дерева бесшумно спрыгивает их товарищ… А вот это правильно! Козырять и вырабатывать командный голос будем дома, на базе, на плацу. Сейчас немного условия не позволяют. Старший группы, увидев незнакомцев, подходит поближе и имитирует отдание чести, поправив капюшон.
- Ну, как дела, Василь? Давай вкратце, мы торопимся. - Узнаю в тусклом свете пасмурного неба одного из унтеров.
- Здравия желаю, Командир. - Разведчик, секунду подумав, скидывает капюшон с головы. - Сначала поручик Оладьин нас в прикрытие тем, кто переправы держит, послал. Когда гансы попытались сходу через речку перебраться, наши их хорошо так, плотненько причесали. Ну, и мы с флангу соли под хвост сыпанули. Все, как приказано, как только кто из немчуры пытается чё то там орать-командовать, тут же мертвым валится. Не сдюжили они, так же быстро назад скатились… А Сергей Дмитрич все свободные пятерки собрал потом и это… как его… Ага-сь, в веерную атаку бросил. Колонны тормозить немецкие. Тут недалече, в двух верстах, просека проходит, мы на ней роту гансов и прижали. Семь тушек завалили, гауптмана, обер-лейтенанта, фельдфебеля и троих унтер-офицеров…
- И что, за вами никто не гнался? - Спрашиваю больше для вида и для "гостей", заранее зная, каков будет ответ.
- Ну, почему, погнались. До первых растяжек. Потом собрали своих "двухсотых"-"трехсотых" и передумали бежать дальше.
- Добро, а где остальные?
- Туточки недалече, шагов четыреста большак проходит, там мои "птенцы" сидят, Иволгин, да Скворцов. Как что интересное увидят, - чирикнут.
- Ну, лады, воюйте тут, а мы дальше по железке пошли.
- Эт в Барановичи-то, к черту в зубы? - Разведчик оглядывает нашу компанию и весело скалится. - Хотя неизвестно, кто еще позубастей будет…
Едва дождавшись, пока отъедем от места встречи и "призраки" скроются в зелени, Пепеляев подгоняет своего коня и пристраивается сбоку.
- Денис Анатольевич, Вы на каком языке сейчас разговаривали? - Штабс-капитан весело улыбается, предлагая оценить шутку. - Сделайте милость, объясните, что такое "двухсотые", "трехсотые" и "растяжка".
- "Двухсотые", Анатолий Николаевич, на нашем языке - убитые, "трехсотые" - раненые, а "растяжка" - это граната, закрепленная где-нибудь в невидимом месте с протянутой невысоко над землей жилкой от телефонного провода. От ветки, например, к чеке с почти вытащенными усиками. В траве практически незаметна, но один неосторожный шаг - и через пару секунд взрыв. Очень полезна, чтобы притормозить погоню.
- М-да, всё гениальное просто! А кто автор придумки?
- Народ. Тот, с которым минуту назад беседовали. - Врать, конечно, нехорошо, об этом еще в садике учат, но тут без вариантов. - У нас батальон специальный, а это значит, специальный язык вроде птичьего свиста, специальная форма, специальное оружие. - Киваю на "стеньки" в руках ударной группы, о которые пепеляевцы все глаза измозолили. - Но главное - специальные способы ведения боевых действий…
