Мы перекинулись взглядами. Злата волновалась. Оно и понятно — сходила, называется, в соседний городок… Но, глядишь, после такого путешествия за ватагу стариградцев беспокоиться больше не придётся. Опыта она набралась с лихвой.
Я усмехнулся. Всё-таки Алексей молодец. Направил бурлившую энергию варгийцев в правильное русло. А то они так возгордились своей махинацией, что стали слишком высоко думать о себе. Могли бы и сами догадаться о таком выходе.
А ведь могли начать полноценную войну…
Купцы ещё несколько часов обсуждали, считали и делили, чем можно откупиться от асмаридцев, а чего отдавать никак нельзя. Несколько раз дело дошло до драки. Но самых буйных быстро угомонили и разняли по сторонам, чтобы не мешали другим заниматься делом.
Списки товаров наконец-то были составлены и отсортированы по нескольким степеням важности — это чтобы торговаться можно было гибче. А затем нас проводили к выходу из подворья и отправили за представителями противной стороны.
С асмаридцами тоже пришлось нелегко. Но помогли стражники. Их вид придал нам авторитета и заставил выслушать. Когда я объявил, что варгийские купцы глубоко сожалеют о содеянном и вообще дрожат при мысли о грозных асмаридских мстителях, гнев толпы немного поубавился. Ещё я отметил величие Мадальталя, его жителей и насколько их город превосходит даже самый богатый варгийский.
А женщины!..
Эх, тут даже словами не описать. Таких красавиц и во всё Севере не сыскать.
В общем действовали по схожему принципу и плавно подвели к тому, что обижать гостей не стоит, ведь они привозят в Мадальталь много ценных товаров, которые в других городах Асмарида можно продать ещё дороже. И стоит сохранить им лицо, пойти на уступки ради будущей выгоды и так далее и тому подобное.
В итоге выделили нескольких старейшин в качестве представителей для торгов, свели их с представителями варгийцев, среди которых, конечно же, оказались Жимир с Поспехом, и до утра наблюдали словесными поединками.
Прочие зрители остались в восторге от зрелища. Незаметно для меня мероприятие обросло пиром, попойками, играми, музыкантами и прочими признаками праздника, а под конец красные от вина поединщики чуть ли не в обнимку пришли-таки к соглашению.
К обеду варгийские караваны покинули город. Но Злата осталась с нами. Притворяться боярыней в Велизаре будет слишком рискованно. А ну как найдётся знакомый реальных Белозаровых?
Отговорку придумала хорошую. Мол, здешний князь чуть ли не молил об аудиенции и обещал сопровождение до родного терема. Жимир с Поспехом не без сомнений, но поверили. Её долю в караване выкупили золотом, но некоторые вещи Злата оставила в натуре.
Признаться, сначала я думал её отговорить. Потому что добра там осталось на целую повозку, а для дальнейшего путешествия это не очень удобно. Но уже скоро благодарил всех почивших богов, что мне не удалось её уговорить.
Потому что Удача снова повернулась ко мне лицом и заключила в крепкие мягкие объятия. Настолько, что оставалось гадать и страшиться, чем она обернётся потом. Ведь Удача — мадама переменчивая. А плату за своё внимание берёт немалую.
— Задор! — воскликнул я.
Когда двери конюшни открыли, показалась морда моего верного скакуна. Он обнажил зубы в довольно жуткой, но искренней улыбке, заржал и кинулся на выход со всех копыт.
— Иди ко мне, мой дорогой! — обрадовался я, раскинув руки.
Плевать, что он может сбить меня на радостях, что воняет как лошадь, что…
Задор промчался мимо и остановился только возле батуровской Йеллы. Завертелся вокруг неё, зафыркал, заартачился.
— Предатель…
Нам вернули пожитки. Ну, почти. Барбел наверняка не думал, что я помню каждую мелочь, завалявшуюся в седельных сумках и грузовых мешках. И правильно не думал, вообще-то, но вот Алексей — помнил.
Он досконально изучил полученное добро и выкатил целый список недостачи.
Барбел удивился снова. На этот раз, что мы решились потребовать своё назад. Так взглянул на меня, будто я хотел его личный кошель опустошить. Видимо, раньше отпущенные старались убраться от тюрьмы подальше, и только сверкали пятками, а мы довольно долго мозолили главе городской стражи глаза.
Наверное, от неожиданности он предложил компенсировать недостачу стоимостью утерянного в серебре. Наверняка недоплатил, гад, но тут уж я не стал особо возникать. Самому хотелось уже выбраться в город и заняться делами. Несколько монет стоили явно меньше потерянного времени.
Но я компенсировал их информацией.
— Тамай Саяд частенько ошивается в трактире на южном острове. У него двоюродный дядя там заправляет, — довольно охотно ответил Барбел на мой вопрос о проклятом гайдамале.
Нет, у него точно какой-то зуб имеется на собственного сотника. Непонятно только, почему ж он не разобрался с ним раньше. На моей памяти редкие подчинённые, которые не устраивали своих командиров, доживали достаточно долго, чтобы тем приходилось ждать случайных иноземных гостей для решения проблемы.
