Возвращение в эмиграцию. Книга первая полностью

Попов впился в трубку, словно влезть в нее собрался, и сквозь треск и писк услышал едва пробивающийся женский голос. Из Сухиничей докладывали, как стрелочником Семеновым на пятом разъезде обнаружены были странные люди. С виду иностранцы, но говорят по-русски, утверждают, будто прибыли из Парижа, подтверждают устное заявление документами… Какие будут указания — что с ними делать дальше?

Переговоры затянулись. Начальник станции и Попов попеременно выхватывали друг у друга трубку. Необходимость доставить приезжих на место требовала срочных мер. Наконец, в Сухиничах пообещали посадить их вместе с чемоданами в идущий на Брянск воинский эшелон.

— Ты мне спокойно теперь объясни, — откинулся на стуле начальник станции, — они, эти… они французы или кто?

— Да русские, русские, — умиротворенный, прохаживался по кабинету Попов, — из эмиграции возвращаются.

День выдался разовый, в легкой дымке. Между землей и затуманенным небом летели игольчатые снежинки и уже не таяли на остывшем за ночь асфальте перрона. Они собирались кучками в укромных уголках, где только можно было зацепиться, и сразу теряли белизну, смешиваясь с угольной пылью.

Попов отыскал своих подопечных на десятом пути, почти на границе станции, у дальней водокачки, как раз в тот момент, когда молоденькие солдатики выгружали из теплушки последний чемодан и весело прощались с непредвиденными попутчиками.

Попов поздоровался, представился и, неожиданно для самого себя, принялся хохотать, показывая ослепительно белые зубы.

— Каково! А? Так-то, Сергей Николаевич, встретила матушка-Россия!

Названный Сергеем Николаевичем мелко смеялся, не разжимая губы, а Попов поднял девочку на уровень своей груди.

— Здорово, француженка!

Малышка деловито объясняла этому чудаку, что она никакая не француженка, а самая настоящая русская.

— А звать тебя как?

— Виктория.

— Ишь, ты, Виктория. Вика, значит! А скажи чего-нибудь по-французски.

— Не скажу, — кокетничала та, — я уже все забыла. И вовсе я не Вика, а Ника.

Попов спустил ребенка на землю и, придерживая за плечики, уже серьезно сказал взрослым:

— Все хорошо, что хорошо кончается. Теперь начнем потихоньку устраиваться.

Я, Попов Борис Федорович, по поручению предгорисполкома тов. Стригункова И. Н, 15 ноября сего года встретил семью из трех человек, прибывшую из эмиграции в г. Брянск на постоянное место жительства. В состав семьи входят:

1. Уланов Сергей Николаевич — 1907 года рождения, русский, место рождения г. Полтава. Вывезен за границу в Чехословакию в возрасте одиннадцати лет. Мать потерял в раннем возрасте, отец умер во Франции.

Уланов С. Н. окончил русскую гимназию в г. Тшебова и один курс медицинского института в Праге. В совершенстве владеет чешским и свободно говорит на французском языке. Социальное положение — рабочий.

В годы войны Уланов С. Н. состоял в рядах антифашистского Сопротивления во Франции, имеет отличительный знак ФФИ (в русском переводе — Внутренние силы Франции). Участие в Сопротивлении подтверждено соответствующими документами. По отношению к СССР настроен патриотически. Родственников, участвовавших в действиях, направленных на подрыв Советской власти, не имеет.

В настоящее время вместе с семьей временно проживает в общежитии. Трудоустроен в качестве повара в столовую Брянского строительного треста. Работник добросовестный и квалифицированный. Вопрос о предоставлении постоянной жилплощади решается.