Несколько лет назад Трейси сама смонтировала этот фильм на компьютере, который Дэн подарил ей после того, как провел месяц в море и получил много денег. Фильм длится тридцать минут и состоит из фотографий и видеосъемок, сделанных до того, как Холдену поставили диагноз. Тогда он казался нормальным ребенком. Спустя неделю после его третьего дня рождения ему сделали девять прививок, и все переменилось. Никто точно не знает, вызывают ли прививки аутизм. Однако Трейси не раз задавалась этим вопросом.
Она вошла в гостиную. Кейт читала книжку, сидя на диване. Маленькие ножки не доставали до пола.
— Пора смотреть кино?
— Да, детка. — Наверное, Кейт будет разочарована, когда поймет, о каком кино идет речь.
— А где Холден?
Трейси улыбнулась:
— Сейчас придет.
Диск уже лежал в проигрывателе. Она нажала на кнопку и включила телевизор. Спустя секунду на экране показались титры, а в комнате послышалась музыка. Это была песня, которую Холден пел вместе с ней, когда был маленьким: «Прошлое никогда не вернется».
Мелодия была красивой и выразительной, а слова разрывали сердце.
Услышав знакомую мелодию, Холден тут же вышел из кухни и, скрестив ноги, сел на пол перед телевизором.
— Ты всегда здесь сидишь? — Кейт спрыгнула с дивана и присоединилась к Холдену. Они сидели так близко, что их колени соприкасались. Холден ничем не показал, что видит сестру, но и не отшатнулся от нее.
Трейси с интересом наблюдала за общительной, веселой Кейт и спокойным, внешне равнодушным Холденом. Она взяла пульт и села в старое кресло. Она не собиралась перематывать к началу фильма, ей было прекрасно известно, что для Холдена вступление — полноценная часть фильма. Трейси терпеливо ждала. Из телевизора доносилась песня, а по экрану бежали картинки.
Вот маленький Холден лежит у нее на руках. Дэн стоит рядом, положив руку ей на плечо. Вот Холдену шесть месяцев: он уже научился сидеть и улыбается в камеру. Вот Холден и Элла Рейнолдс. Обоим полтора года. Вот они держатся за руки на острове Тайби. Вот танцуют на кухне Рейнолдсов.
— Это Холден? — спросила Кейт и посмотрела на нее через плечо.
— Да. Когда был маленьким.
— Я сразу так и подумала. — Девочка задумчиво кивнула и снова повернулась к экрану. — Мама тоже снимала меня в детстве.
Трейси с трудом сдержала улыбку. Ей стало грустно. Конечно, Кейт еще маленькая, но она на десятки лет обгоняет Холдена в умении общаться с людьми.
Песня дошла до припева. В этом месте Холден всегда начинал раскачиваться. Поэтому Трейси думала, что эта часть песни ему особенно нравится. Она стала негромко подпевать: «Без тебя все не так. Я живу один и прячу слезы. Без твоей любви жизнь не будет прежней».
Сколько дней они сидели вот так, сколько раз она слушала эту песню и смотрела с ним кино... и каждый раз плакала. Трейси тихо вытерла слезы в уголках глаз. Она не хотела, чтобы Холден видел, что она плачет, но не могла сдержаться, потому что ужасно страдала.
Песня и вступительная часть закончились. Трейси переключила на фильм. Впереди самое тяжелое испытание: ей предстоит увидеть, каким Холден был раньше, как он пел, смеялся и смотрел прямо в камеру.
— Мамочка, привет! Ты видишь? Я здесь, смотрю на тебя!
Кейт захихикала:
— Холден, ты мне нравишься! Ты такой милый!
Он не ответил, но Кейт, кажется, не обиделась. Она внимательно смотрела фильм.
Семья Рейнолдс не раз появлялась в фильме, потому что в те времена они редко расставались. Они с Сюзанной дружили еще со школы и были подружками невесты друг у друга на свадьбе, а мужчины — друзьями жениха. Они почти одновременно обзавелись детьми. Холден и Элла были неразлучны еще с тех пор, когда не умели ходить и говорить.
Трейси и Сюзанна радовались тому, что их дети дружат. Они мечтали о том, какими они станут, когда вырастут.
— Представляю, — говорила Сюзанна, — Холден отвезет Эллу на выпускной вечер, а спустя пять лет они поженятся. Она коротко рассмеялась. — Можем распланировать все уже сейчас. Идет?
Трейси радостно соглашалась:
— Идет!
Конечно, они шутили, но, с другой стороны, почему бы и нет? Все возможно. Их дети вырастут вместе, а значит, они вполне могут отправиться на выпускной бал, а потом и пожениться.
Но осенью, после дня рождения Холдена, его поведение изменилось. Он стал молчаливым и равнодушным, Рейнолдсы стали реже к ним заходить. Когда Холдену поставили диагноз, Сюзанна, мучаясь от неловкости, со слезами на глазах объяснила: они беспокоятся о том, что игры с Холденом плохо отразятся на развитии Эллы.
— Он все время молчит, — с несчастным лицом лепетала Сюзанна, — и не смотрит в глаза. Он вечно переставляет игрушки. Такое впечатление, что ему никто не нужен. Трейси, с ним что-то не так. Надо обратиться к врачу.
Она не сказала, что их дружба закончилась. Да и зачем? Ее муж Рэнди играл в бейсбол, его пригласили в команду высшей лиги. Потом Рейнолдсы переехали в Нью-Йорк, и они перестали общаться. Четыре года назад Трейси прочитала, что Рэнди перешел в команду «Смельчаки». Похоже, Рейнолдсы вернулись в Атланту.
