— Очень кстати, — шелестевший голос не мог бы принадлежать человеку. — Я только что убил ее.
— За что… — прошептал Лемар. — О Боги, она ведь была невинна…
— И весьма удивительна, ты не находишь?
Лемар сощурился. У него не было и шанса, чтобы противостоять этому неведомому чудовищу — и все же гнев затмевал его разум.
— Зачем ты сделал это с ней?..
— Я надеюсь получить от нее что-то, что мне нужно.
— Убив ее?..
— Нет. Вернув ее к жизни.
Лемар замер, чувствуя, как его гнев мгновенно улетучивается.
— Ты можешь сделать это?..
— Не без твоей помощи, — прошелестел призрак.
— Но… я не маг.
— Мне не нужна магия. Мне нужна твоя жизнь взамен на ее.
Лемар в очередной раз потерял дар речи.
— Я… почему я должен верить тебе? Откуда я знаю, что ты исполнишь обещание?
Призрак сухо рассмеялся.
— Потому что это не сделка. Однако в твоих интересах пожертвовать собой добровольно. В конце концов, ты ведь любишь ее, не так ли?
Лемар приблизился к нему.
— Какое право ты имеешь говорить о любви?.. — бросил он презрительно и бесстрашно протиснулся мимо него. — Моя жизнь в ее распоряжении. Дай мне лишь одну минуту.
Он опустился на колени рядом с бездыханным телом Диадры и взял ее руку.
— Я бы хотел еще хоть раз поцеловать тебя, — прошептал он и вдруг поднял глаза на реявшего рядом призрака. — Что именно ты хочешь получить от нее?
— Силу.
— Как?
Призрак чуть покачнулся в воздухе.
— Твоя минута истекает.
— Я не отдам ее в твои призрачные лапы, если подарив ей жизнь, этим обреку ее на мучения!..
Зеленые глаза призрака внезапно оказались совсем близко.
— Кажется, у тебя нет выбора.
Лемар нахмурился.
— Тебе ведь нужно мое согласие, не так ли?
— Нет. Оно нужно тебе, — встретив непонимание на лице Лемара, призрак продолжил: — Я даю тебе последний шанс. Ты соглашаешься или твоя душа рассеется по Ауре навеки.
Лемар медленно перевел взгляд на Диадру. Ее недвижимое лицо было окутано покоем, страшным и в то же время умиротворяющим. Был ли он в силах спасти ее теперь, должен ли был вернуть ей жизнь, мог ли уберечь от страданий?..
Призрак колыхался в воздухе рядом с ним.
— Каково твое решение? Ты согласен умереть за нее?
Лемар не отводил взгляда от Диадры.
— Нет.
Призрак медленно поднялся чуть выше, разводя черные крылья.
— Очень жаль.
Лемар не почувствовал, как над ним сгущается устрашающее облако. Он не чувствовал и не видел уже ничего, кроме нежных черт, подернутых бледной маской смерти, и представлял, как через несколько мгновений, когда его уже не станет, она вновь вздохнет и откроет глаза… Какая странная, беспощадная вещь эта судьба. Он был готов делать все ради нее, он мог быть рядом с ней каждое мгновение, он мог всегда оберегать ее, не требуя ничего взамен — и вот теперь он уже не сможет быть с ней ни в чем, что ждало ее дальше. Он отдавал свою жизнь за нее, и он знал, что сделал бы это без колебаний, если бы только мог быть уверен, что этим спасет ее, а не погубит…
…Диадра резко отдернула руку от полотна, с трудом сознавая, где находится. Ее сердце колотилось, все тело наполнилось мерзким покалыванием, словно уплотнившийся воздух вокруг был насквозь пронизан сотнями невидимых глазу маленьких молний.
О Боги… Лемар… он погиб за нее?.. Даинь-жи забрал его душу в обмен, против его желания — а значит, убил его навечно?..
— Диадра… что происходит?..
Она вздрогнула и, обернувшись, едва сдержала испуганный возглас.
Лемар стоял перед ней, ошеломленный — и прозрачный.
— Ох… — Диадра в ужасе застыла. — Не может быть…
Он внимательно сощурился и, оглядевшись вокруг, вновь поймал ее взор.
— Он действительно вернул Вас, — Лемар внезапно встрепенулся и быстро заговорил: — Ваша Светлость, это существо, что убило Вас, хочет получить от Вас какую-то силу…
— Я знаю. У меня было видение, — она судорожно вздохнула. Ее тело по-прежнему пронизывали тысячи игл, заставляя дрожать он напряжения. — Лемар, я не могу поверить, что ты здесь… он забрал тебя без твоего желания, а это значит, что твоя душа должна была… — она смятенно качнула головой. — О Боги…
Лемар печально усмехнулся.
— Возможно, я хотел сделать это для Вас даже больше, чем сам мог предполагать.
Диадра взглянула на него и почувствовала, как подступают слезы.
— Почему ты, Лемар?.. Почему ты?..
Он грустно улыбнулся.
— Вероятно, такова моя судьба. Но я не стану сожалеть об этом, если Вы пообещаете не тратить свою жизнь на скорбь по ушедшим.
Диадра содрогнулась и в отчаянии подалась к нему, желая коснуться его щеки, но ее пальцы утонули в его призрачном образе. Она в ужасе отдернула руку.
Нет, не может быть…
Все снова, все снова…
— Лемар, прости меня…
Он сощурился.
— Вы не виноваты ни в чем, Диадра. Но знайте, я не извиню Вас, если Вы станете обвинять себя в том, что случилось. Если Вы станете губить свою жизнь, увязая в воспоминаниях о тех, кого уже нет. Я ни в коем случае не прошу Вас забыть того, кого Вы любили; но Вы можете помнить его и жить дальше, помнить все хорошее, что было между Вами и все же найти свое счастье с кем-то другим.
— Я знаю, Лемар, — тихо сказала Диадра. — Я знаю, но я не в силах.
