Весь вечер он и его супруга выглядели настолько кисло, словно им подсунули несвежее блюдо. Посол приехал с поручением, которое, очевидно, ему не нравилось; и Плоидис, выслушав требования короля Шамбрена, мог понять, почему.
Дамарьен Ле Брилак, несмотря на всю абсурдность своего решения, заявлял о желании пойти на попятную, отменяя все договоренности, которых Лиодас с таким трудом добился несколько месяцев назад. Дамарьен знал, что условия договора не позволят ему расторгнуть сделку по своему желанию, и потому всеми силами пытался доказать, что Лиодас, со своей стороны, не выполняет собственных обязательств.
— Ваши дороги небезопасны, — нудно повторил посол. — Наши купцы разоряются, не доезжая до родной границы.
— Где именно их грабят? — уточнил Плоидис.
— Везде.
— Есть какие-либо свидетельства, доказательства?
— Разумеется, Ваше Величество.
— Позволите мне взглянуть на них после ужина?
— К сожалению, у меня нет с собой этих документов…
— Вы приезжаете ко мне с подобными обвинениями и не имеете на руках документов? — Плоидис чуть поднял бровь. — Граф Шенне, при всем уважении, Вам не кажется это абсурдным?
Графу, определенно, казалось, однако он не мог ничего поделать.
Плоидис криво усмехнулся и, сощурившись, взглянул на посла.
— Позвольте говорить начистоту, — сказал он. — Я понимаю, что королю Дамарьену не нравится выполнять условия нашей сделки, — посол протестующе поднял голову, но Плоидис не дал ему заговорить. — Однако отправляя ко мне Вас с туманными обвинениями, он мог бы хотя бы позаботиться об их правдоподобности. В целом же, было бы много лучше, если бы он навестил меня лично, и мы вдвоем смогли бы уладить все недоразумения.
Посол, вначале собиравшийся возразить что-то, с досадой сжал губы.
— Я понял Вашу точку зрения, Ваше Величество.
— Я рад, — улыбнулся Плоидис и любезно обратился к его супруге: — Графиня, как Вам понравился десерт?
— Благодарю, — она натянула на лицо скупую улыбку и, не в силах скрыть раздражения от поражения мужа, надменно добавила: — Однако не могу не заметить, что имела удовольствие пробовать его непосредственно у автора, господина Живалье, и, к сожалению, теперь убедилась, что скопировать его мастерство не под силу ни одному последователю.
— Очень жаль, — внезапно заметила Алиетт. — Вероятно, мне придется уволить господина Живалье, раз его работу стало возможно принять за столь плачевную имитацию.
Графиня застыла, не зная, что сказать. Плоидис поймал взгляд Алиетт и ухмыльнулся, довольный ее выдумкой.
— Простите, Ваше Величество… — пролепетала графиня. — Я, вероятно, ошиблась…
Спустя четверть часа посла с супругой наконец проводили в гостевые покои.
— Устала? — спросил Плоидис, тепло глядя на Алиетт.
Она с улыбкой сощурилась.
— Немного.
— Пойдем, — он предложил ей руку и в ответ на ее вопросительный взгляд добавил: — Полагаю, немного свежего воздуха нам не помешает.
Он провел ее по коридору на открытую террасу и, облокотившись на балюстраду, с наслаждением подставил лицо прохладному ветру.
— Часто тебе приходится тратить время на подобную ерунду, Плоидис? — спросила Алиетт, взглядывая на него, и он улыбнулся.
— К сожалению.
— Наверное, поэтому я никогда не питала страсти к политике.
— У меня никогда не было особенного выбора, — усмехнулся Плоидис и повернулся к ней. — Впрочем, у тебя тоже. К несчастью, именно политика управляет нашими судьбами, хотя многим несведущим кажется иначе.
— По крайней мере, моей судьбой она распорядилась наилучшим образом, — ответила девушка. — Я думала, брак станет концом моей жизни. А он оказался ее началом.
— Мне тоже повезло с тобой, Алиетт, — Плоидис мягко улыбнулся. — Я понял это уже через несколько дней после нашей свадьбы. Ты превосходная королева. Ты словно была создана для этой роли.
— Брось, Плоидис, эта роль мало чем отличается от роли принцессы, которую я играла всю жизнь.
Король рассмеялся:
— Поверь мне, Алиетт, я видел как минимум два примера того, насколько плохо можно подходить для обеих.
— Целых два? И кто же это?
— Моя мачеха и моя сестра. Иоланту ты помнишь.
Алиетт тоже рассмеялась.
— В самом деле, ты прав.
Плоидис внимательно взглянул на нее и, сощурившись, произнес:
— Спасибо, Алиетт.
— За что?..
— За то, что оправдываешь мои надежды. Ты, вероятно, лучшая супруга, которую я мог бы себе представить. Ты умна, очаровательна, ты прекрасно держишься в свете, великолепно чувствуешь мое настроение в переговорах — ты вообще все делаешь настолько верно, что у меня нет даже повода волноваться. И я действительно благодарен тебе за это.
Алиетт усмехнулась, опустив взгляд.
— Спасибо за теплые слова, Плоидис.
— Я говорю искренне.
— Я знаю, — она взглянула в его бархатные глаза. — Но все же я поправлю тебя. Думаю, ты знаешь кое-кого, кто был бы тебе лучшей супругой.
Плоидис улыбнулся.
