Сайхун тихо и злорадно рассмеялся. Он знал законы не хуже Арктура. Без согласия старшего родственника брак не будет благословлен. Рано или поздно о происхождении Аишалии станет известно, а значит, сильнейшему дракону нужно его согласие. Впервые он оказался в зависимом положении от более слабого.
– Интересно… – Сайхун потер подбородок. – Что же попросить взамен? Может, оттяпать половину твоего состояния как выкуп за невесту?
– Не наглей, – рыкнул на него Арктур. – Я в любом случае возьму ее в жены.
– Это понятно. Вопрос в том, насколько законным будет признан этот союз. До меня тут дошли слухи, что ты ведешь серьезные переговоры с людьми. Как считаешь, пойдет ли на пользу твоей репутации скандал? Когда станет известно, что ты женился на драконице, а ее старшего родственника заключил в пещеру, избежать его не удастся…
– Чего ты хочешь? – с трудом сдерживая негодование, перебил его Арктур. Его ноздри раздувались от ярости, которая переполняла дракона.
– Дай-ка подумать, – продолжал издеваться Сайхун. – Пожалуй, я хочу золото, высокий пост в твоем дворце… Согласись, родственник жены главного дракона не может быть у кого-то на побегушках. А золото… У меня осталась лишь пара сундуков, а это несолидно. Хочу свой штат слуг, в основном из девушек, причем молодых и красивых…
– По-моему, проще убить тебя и сбросить в пропасть, чем выполнить все эти капризы, – мрачно протянул Арктур, сверля «родственника» ненавидящим взглядом.
– Тогда мой дух вернется в твой замок и будет терроризировать его обитателей до конца дней, – расплылся в улыбке Сайхун.
– Если я выполню эти требования, ты дашь нам свое благословение? – со сдержанной яростью спросил Арктур. Еще немного, и он просто задушит наглеца.
– Конечно, – кивнул дракон. – Я ведь желаю добра своей родственнице.
– Поэтому ты пытался ее придушить? – мрачно усмехнулся Арктур. – Она видеть тебя не хочет, потому что боится.
– Девушки всегда очень впечатлительны, – ничуть не смутился Сайхун. – Анабель была такой же. Это у нее от матери.
– Вставай, – буркнул Арктур. – Будет тебе и штат слуг, и золото. Но если после этого ты откажешь нам в благословении, клянусь, я собственноручно убью тебя!
– Понял, понял… – проворчал Сайхун и наконец-то встал, чтобы войти в портал.
– Помоги мне, – вздохнула Аиша, стоя над Книгой Жизни. Древний артефакт сиял своими девственно-чистыми страницами и отказывался давать ей совет. – Пожалуйста, скажи, как излечить шрамы Арктура! – взмолилась девушка. Она была уверена, Книга знает рецепт исцеления. По-другому не может быть. Почему же она не хочет делиться с ней своими секретами?
«Шрамы от огня чернохвостов почти невозможно свести», – повторила Книга в пятый раз.
– Почти! – воскликнула Аиша. – Но ведь это в принципе возможно? Пожалуйста, скажи мне, как это сделать!
«Чернохвосты – порождение Тьмы. Излечить их раны может лишь истинная любовь. Лишь ее боится Тьма».
– Но как именно? Я люблю Арктура всем сердцем, но его шрамы не исчезают.
«Лишь плод любви исцелит шрамы Тьмы», – загадочно выдала Книга.
– Плод любви? – протянула Аиша. – То есть ребенок?
«Именно. Дитя истинной любви».
– Но ведь само появление ребенка не заставит шрамы исчезнуть? – разумно рассудила Аиша.
«Кровь плода излечит шрамы», – разродилась Книга.
– Кровь? – испуганно прошептала Аиша. – В каком количестве?
«Не бойся. Несколько капель достаточно, – успокоила ее Книга. – Лишь плод истинной любви излечит раны Тьмы. Лишь его кровь».
– Я поняла, – рассеянно кивнула девушка, делая шаг назад. Теперь все стало ясно. Лишь ребенок, рожденный от двух по-настоящему любящих людей, может свести ужасные следы огня. Несколько капель крови малыша, нанесенные на шрамы, могут что-то изменить. Но если любовь не истинная, не благословленная богами, ничего не выйдет. Шрамы никуда не исчезнут, а малыш будет зря заливаться слезами от крошечного укола. Покидая подземную пещеру, в которой находилась Книга Жизни, Аиша положила руки на живот. Уже несколько недель она подозревала, что носит под сердцем ребенка. Осталось только сказать об этом Арктуру…
– А-а-а-а! – кричала Аиша во все горло. – Больно-о-о-о! – взвыла она, не зная, куда деться от этой разрывающей боли. Она зарождалась в пояснице и обжигающей лавой растекалась по всему телу.
– Жизнь моя, потерпи, немного осталось! – Голос Арктура дрожал. Впервые Аиша слышала в его словах столько страха. Казалось, он вот-вот сорвется на истерический крик.
Роды длились уже восемь часов. Боль нарастала каждый час, превращаясь в нечто невыносимое. Аиша никогда не думала, что можно испытывать такую боль и на протяжении долгих часов оставаться в живых. Утешала лишь одна мысль: каждая схватка приближала ее к встрече с ребенком. Девять месяцев она носила его под сердцем, ощущала толчки и мечтала о том, как впервые возьмет его на руки.
– Ты больше никогда не прикоснешься ко мне! – пламенно пообещала Аиша. – Никогда-а-а-а-а! – При мысли о том, чтобы решиться на этот ад снова, включался инстинкт самосохранения. Нет, она больше не подпустит к себе дракона! – Ой… – охнула Аиша. – Все. Пора.
