Рука вытянулась вперёд, приближаясь ко лбу Ингрид, пока указательный палец не коснулся его.
Перегрин захотел узреть память Довакина, соединив для этого их души. Подобное он ещё не практиковал, но был уверен в успехе, ведь у него не составляло труда увидеть всю память у поглощённой души, если он того желал.
Блуждание по воспоминания Довакина затянулось, не быстрое это дело, тем более, когда тщательно просматриваешь все основные моменты её жизни. Его интересовали только несколько моментов: отношение Ингрид к нему самому; действия Довакина после отбывания срока в Солитьюде; скитание вместе с Сераной.
— Так ты желала мне смерти, даже договорилась об этом с вампиршей… — задумчиво проговорил он, при этом подпирая рукой подбородок, как будто размышляя о том, что с ней стоит сделать за такую наглость.
— Это не так, то есть, сначала было так, но всё изменилось! — её рот вновь стал свободным, позволяя начать оправдываться.
— Да, видел, поэтому убивать тебя не стану. А так, твой рассказ был правдив, — тело освободилось от сдерживания камнем, от чего она припала на одно колено, тяжело дыша при этом: последствия от просмотра воспоминаний. — Я бы отпустил тебя на все четыре стороны, но вот какое дело, ты косвенно причастна к нашему положению — придётся отрабатывать свою оплошность.
— Чего ты хочешь?
— Ты, конечно, молодец, что умертвила вампиршу, да вот, знаешь ли какое дело, её душа должна была отправиться в Хладную Гавань. Как удачно совпало, что скоро планируется штурм этого Плана Обливиона.
— Я не до конца понимаю, — нахмурилась Ингрид от такой формулировки.
— Всё просто, отправишься вместе с нами. Вот, — он достал из поясной сумки Камень душ, который превратил в чёрный за считанные секунды. — Твоя задача предельно проста: найти душу Серана и захватить её в Чёрный Камень душ.
— А если мне не удастся её отыскать?
— Тогда я запихну твою душу в камень и подвешу у себя на шее, как знак того, что не стоит полагаться на бывших врагов.
Она задумчиво опустила взгляд на заснеженную землю, прикрыла глаза, протяжно вздохнула прохладный воздух.
— Хорошо, я справлюсь.
— Твоя удача — единственный исход, который устроит нас обоих, — он притянул двуручный меч, который Ингрид обронила после своего сковывания в камне. — Зачарую твою новую железяку перед отбытием, чтобы повысить твои шансы на успех. У тебя остались вещи в лагере?
— Нет, у меня ничего не осталось кроме одежды.
— Значит сразу отправляемся на Стирк, можешь заранее настраиваться на поиск. Сделаю тебе специальный артефакт-передатчик, оповестишь меня, как только поймаешь душу Серана, до этого момента не смей тревожить, — его рука вновь схватила Ингрид, на этот раз чтобы переместить их на остров Стирк.
Вринна хотела провести с ним этот день, но ему нужно заняться зачарованием и созданием артефакта. Зачарование меча не составит для него проблем, дольше придётся провозиться с артефактом, точнее с двумя, один передатчик и один приёмник.
«Ничего страшного, к вечеру успею», — хоть что-то вызвало радость на его лице за последние дни.
Ожидая приятного времяпровождения с Вринной, он, сам того не осознавая, даже не вспомнил свою супругу Элисиф. Множество поглощённых душ, особенно те, которые сильно сопротивлялись поглощению, сказывались на разуме Перегрина, всё сильнее убивая в нём такие человеческие чувства, как привязанность к близким и любовь.
Импровизированная дверь палатки, которой выступала шкура медведя, сдвинулась в сторону, впуская внутрь лучи солнца. Один из лучей попал на лицо Ингрид, заставив ту поморщиться, а затем вовсе приоткрыть один глаз из-за шума снаружи.
— Вставай Ингрид, тебе стоит подготовиться. Скоро глава Гильдии магов откроет портал в Хладную Гавань, часа полтора у тебя есть, — Перегрин решил разбудить Довакина, ей ещё предстояло отыскать душу нашкодившей вампирши.
В ответ она что-то промычала, протирая при этом глаза. Недовольство так и читалось в атмосфере палатки.
— Было так любезно с твоей стороны выпросить мне палатку, которую поставили рядом с вашей, — начала жаловаться нордка, привстав на локтях. — Я не успела толком отдохнуть от всего произошедшего, так ещё вы мешали мне спать.
— Могла присоединиться, вместо высказывания своих жалоб, — шкура вновь начала опускаться на прежнее место, закрывая внутренности палатки от лучей солнца. — А теперь вставай, если не будешь готова, я закину тебя в Хладную Гавань в таком виде, Довакин, — последнее слово он сказал с насмешкой.
Собралась она быстро, особо ничего делать не требовалось, а из экипировки у неё имелись только привычная броня и новый зачарованный меч, который мог конкурировать с её прошлым (не Сиянием Рассвета) только из-за чар Перегрина.
На чарах скупиться не стал, также, как зачаровывал щит Вринне, накинул укрепление и один активный вид чар. Второй позволял проводить разряды по всему клинку, а в случае усиления чар маной самого пользователя, разряды можно было трансформировать в тонкую электрическую волну, способную поразить цель на расстоянии десяти метров.
