Возвышение. Книги 1-7 полностью

Она собиралась спросить об этом Нисса, когда у нее на глазах дисплей снова изменился. Измунути замерцала, и когда изображение перестроилось, на нем появилось нечто новое. Ниже отступающих оранжевых точек появились три сверкающие фигуры. Они неторопливо и грациозно поднимались, блестя имперским пурпуром, выходя из пламени на пути «Стремительного».

— А это что? — спросила Сара. — Еще механоиды?

Нет, ответил Нисс тоном, в котором словно слышалось благоговение. Это нечто совершенно иное. Мне кажется, это… Компьютерная диаграмма деформировалась, распалась на части, похожие на сосульки. Мне кажется, это занги.

У Сары по коже поползли мурашки. Это слово из легенд, полных страха. На Джиджо его всегда произносят шепотом.

— Но… как… что они здесь делают?..

Прежде чем она смогла закончить вопрос, Нисс снова заговорил:

Прошу прощения за то, что прерываю вас, Сара. Исполняющая обязанности капитана доктор Джиллиан Баскин созывает срочное совещание совета корабля, чтобы обсудить новое развитие событий. Вы приглашены на совет.

Хотите, чтобы я от вашего имени извинился за отсутствие?

Но Сара уже направилась к выходу.

— Не смей! — крикнула она через плечо перед втягивающейся дверью, которая давала ей возможность пройти.

За дверью в обе стороны тянулся изгибающийся коридор, словно сегмент искаженного пространства-времени, уходящего вдалеке к вертикали. Это зрелище всегда пугало Сару. Тем не менее на этот раз она побежала.

По какой-то причине бурная красная звезда напоминала ей Венеру.

Естественно, это приводило к мыслям о Томе.

Все напоминало Джиллиан о Томе. После двух лет его отсутствие все еще было открытой раной, и каждую ночь она рефлекторно искала его тепла. А днем все время ожидала услышать его сильный голос, предлагающий помочь в ее бесконечных тревогах. Во всех этих проклятых решениях.

Разве не достойно героя умереть, спасая мир?

Тихий внутренний голос подсказывал: именно для этого существуют герои.

Да, отвечала она. Но мир ведь продолжает существовать, верно? И по-прежнему нуждается в спасении.

С тех пор как вселенная разлучила их на Китрупе, Джиллиан твердит себе, что Том не может быть мертв. Я бы это знала, постоянно думает она, убеждая себя силой воли. Через галактики и мегапарсеки я бы почувствовала, если бы он погиб. Том по-прежнему где-то там, вместе с Крайдайки, Хикахи и всеми остальными, которых мы вынуждены были оставить.

Он сумеет благополучно вернуться домой… или ко мне.

Эта уверенность помогала Джиллиан выносить тяготы во время первого года бегства «Стремительного»… пока постоянные кризисы последних нескольких месяцев не поколебали ее уверенности.

И вот, сама не осознавая этого, она начала думать о Томе в прошедшем времени.

Он любил Венеру, думала она, глядя на разгневанные солнечные виды за корпусом «Стремительного». Конечно, атмосфера Измунути яркая, а у соседки Земли тусклая под вечным покровом кислотных облаков. Но есть и существенные черты сходства. Ужасная жара, страшные бури, отсутствие влаги.

Обе предлагают крайности надежды и отчаяния.

Джиллиан видит, как Том расправляет руки в космическом скафандре, охватывая панораму под горой Афродиты, указывая на мрачные низины. Вокруг фаланг титанических структур, уходящих к искаженному горизонту, пляшут молнии. Один затянутый тенью гигант за другим, новые просторы, охваченные работой по преобразованию Венеры. По преобразованию — шаг за шагом — самого ада.

Разве это не замечательно? спросил Том. Эта попытка доказывает, что и наш вид способен на мысли о далеком будущем.

Даже с заимствованной галактической технологией на эту попытку уйдет больше времени, чем на все существование земной письменности и сельского хозяйства. Пройдет десять тысяч лет, прежде чем на выжженных равнинах появятся моря. Для нищих волчат это очень смелый проект, особенно учитывая то, что букмекеры са'ентов и клурнапов давали очень небольшие шансы на то, что земной клан проживет еще одно или два столетия.

Мы должны показать вселенной, что верим в себя, добавил Том. Иначе кто в нас поверит?

Его слова звучали хорошо. Благородно и величественно. И в то же время Том почти убедил Джиллиан.